— Разрешение использовать твое имя? — повторила как эхо Тананда. — За два паршивых кольца? Без всякого процента или чего-нибудь в этом роде? Неужели Ааз никогда не наставлял тебя по части передаточных надписей?
В воздухе раздалось тихое бух.
— Кто поминает мое имя всуе?
И Ааз очутился тут как тут — каждый зеленый чешуйчатый дюйм его, — войдя столь небрежно, словно он только что вышел.
Из нас троих первым оправился от удивления я.
Ну, по крайней мере первым обрел свой голос.
— Ааз.
— Привет, малыш. Скучал по мне?
— Но, Ааз!
Я не знал, смеяться мне или плакать. Чего я действительно хотел, так это обнять его и никогда не отпускать. Конечно, теперь, когда он вернулся, я бы не сделал ничего подобного. Я имею в виду, что наши отношения никогда не отличались бурной демонстрацией чувств.
— Что это со всеми вами случилось? — требовательно спросил мой учитель. — Вы все ведете себя так, словно никак не ожидали увидеть меня вновь.
— Мы… Ааз… я…
— Мы и не ожидали, — решительно сказала Тананда, спасая меня от возможности выставить себя еще большим дураком.
— Сестричка хочет сказать, — вставил Корреш, — что, по нашему убеждению, твой племянник Руперт не собирался отпускать тебя с Извра.
Ааз презрительно фыркнул.
— Не говори мне, что кто-то принимает его всерьез.
— Ну, может, и не приняли бы, если бы к тебе в полной мере вернулись твои способности, — сказала Тананда. — Но при настоящем положении дел…
— Вы о Руперте, этом выскочке? — повторил Ааз. — Вы двое знаете меня долгое время, верно? Тогда вам следовало бы вбить себе в голову, что никто не удержит меня против моей воли.
— Это верно, — подтвердил я, хотя эта тирада почему-то показалась мне знакомой. И все же я был так рад возвращению Ааза, что согласился бы в ту минуту с чем угодно. — Да, — с энтузиазмом откликнулся я. — Это — Ааз. На него никто не может давить.
— Вот, — усмехнулся мой наставник. — Как ни неприятно мне соглашаться с каким-то там учеником, но малыш знает, о чем говорит… в этот раз.
Корреш и Тананда посмотрели друг на друга тем особым взглядом, каким брат и сестра обычно обмениваются.
— Знаешь, братец, — промолвила Тананда, — мне становится немного трудновато переваривать эту атмосферу взаимного восхищения. А как ты?
— Абсолютно согласен, — отозвался тролль. — Уши вянут от этого взаимного восхищения. У меня почему-то в голове застряло особенно вот это — «какой-то там ученик».
— Да бросьте вы, — отмахнулся Ааз. — Будьте реалистами, а? Я хочу сказать: мы все любим малыша, но мы знаем также, что он просто магнит для всяких бед. Я никогда не встречал никого, кто бы так сильно нуждался в присмотре, как он. А коль речь зашла о нем… — Он обратил ко мне задумчивый взгляд своих желтых глаз. — …я замечаю, что вы оба здесь… и я определенно слышал свое имя, когда появился. Поэтому мне больше, чем нежные приветствия, нужно быстренько и вкратце услышать, из какой именно передряги нам придется вытаскивать Великого Скива на этот раз.
Я подобрался, готовясь к непродолжительной, но громкой выволочке по части передаточных надписей, чем бы они ни были, но тролль меня удивил.
— Никаких передряг нет, — заявил он, небрежно откидываясь назад. — Мы с сестрой просто заскочили в гости. Вообще-то мы как раз готовились отправиться восвояси.
— В самом деле? — В голосе моего учителя звучали и удивление, и подозрение. — Просто в гости? Никакой беды?
— Ну, была небольшая беда, — призналась Тананда. — В связи с королем…
— Так я и знал, — возликовал, потирая руки, Ааз.
— Но Скив управился сам, — закончила с ударением она. — И теперь никаких проблем нет и в помине.
— Так.
Странное дело, Ааз казался немножко разочарованным.
— Ну, полагаю, тогда нужно вас поблагодарить. Я действительно тронут тем, что вы присматривали за Скивом, пока меня не было.
— По-моему, ты не слушаешь, Ааз, — заметил, глядя в потолок, Корреш. — С бедой управился Скив. А мы только при сем присутствовали.
— О, мы бы вмешались, если бы дело запахло керосином, — добавила Тананда. — Знаешь, как помогали и тебе, Ааз. Но оказалось, наши услуги не понадобились. Твой «какой-то там ученик» показал, что задача ему более чем по зубам.
— И провернул работенку довольно ловко, понимаешь? — дополнил тролль. — Фактически я, хоть убей, не помню, чтобы кто-то еще так гладко или с таким малым шумом вышел из подобной скверной ситуации.