Теперь, как и предполагало ранее ИА REGNUM, Анкара намекает на реанимацию цюрихского процесса. Это следует из заявления министра по делам Евросоюза Турции Эгемена Багыша: «Протоколы никуда ни делись. Они там, где и были». Правда, при этом турецкий дипломат добавляет: «Миротворческим процессом между Азербайджаном и Арменией занимается Минская группа ОБСЕ. Если Турция увидит прогресс в данном процессе, тогда предпримет необходимые шаги. Для этого в первую очередь необходимо завершение конфликта между Арменией и Азербайджаном и освобождение азербайджанских территорий». Но тогда почему глава Комитета по международным связям в парламенте Самед Сеидов внес Турцию в список «враждебных» Азербайджану государств?
На наш взгляд, проблема в другом. К чести лидеров Азербайджана и Армении Ильхама Алиева и Сержа Саргсяна, они не довели процесс карабахского урегулирования до вооруженного столкновения. Более того, если судить по некоторым косвенным признакам, то они еще сохраняют шанс мирно договориться по Карабаху. Кстати, недавний визит в регион президента Франции Николя Саркози может подтолкнуть этот процесс, поскольку на горизонте замаячила перспектива создания международной коалиции для принуждения Баку и Еревана к компромиссу по формуле, разработанной международным сообществом. И далеко не факт, что новый сценарий может в полном объеме удовлетворить чаяния и надежды правящей элиты Армении и Азербайджана. Вот почему вброс в СМИ информации о возможном отстранении от власти Сержа Саргсяна и готовящемся выступлении против Ильхама Алиева оппозиции можно оценивать как шаги «определенных сил», направленных на дестабилизацию ситуации в Закавказье.
Это может быть предлогом как для ввода в регион сил международной коалиции, так и для продолжения волны дестабилизации, которая все больше охватывает Большой Ближний Восток.
Почему «враги» Турции являются «друзьями» России
Яхья Рахима Сафави, советник верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи, назвал «стратегической ошибкой» решение Анкары разрешить НАТО разместить радиолокационные станции дальнего обнаружения на границе Турции с Ираном. По его словам, Турция «движется в неверном направлении, сотрудничая с Североатлантическим альянсом и размещая его базы на своей территории». Ранее с аналогичной критикой в адрес Анкары выступил и президент Ирана Махмуд Ахмадинежад. Он заявил, что американский радар предназначен для защиты Израиля, которому «нужны гарантии того, что в случае военных действий против Ирана, наши ракеты не смогут достигнуть оккупированных территорий». В ответ власти Турции уверяют, что «если бы радары представляли угрозу Ирану, сделка с НАТО была бы мгновенно аннулирована». При этом глава правительства Турции Реджеп Тайип Эрдоган стал переводить «стрелки» на Израиль. Во время визита в ЮАР он объявил: именно «Израиль представляет для Турции ядерную угрозу». Это создает внешне слабое впечатление, будто бы Турция с помощью американского радара, размещенного неподалеку от границ с Ираном, намерена предохраняться от потенциальных «ракетных угроз» со стороны Израиля.
В Тегеране, как видим, этому не верят. И не только в Тегеране. Анкара запуталась, пытаясь одновременно играть на самых различных площадках, разрывая свою дипломатию в клочья. Действительно, внешне может казаться, что подозрения Ирана в отношении НАТО и Турции небеспочвенны. Тем более, что на днях посол Франции при ООН Жерар Аро заявил: «Если мы не достигнем соглашения с Ираном, то появится серьезная опасность начала военной операции». В этой связи многие эксперты главный акцент сделали на привычной для них составляющей высказанного тезиса — возможности военной операции против Ирана. Но ключевой фразой в заявлении французского дипломата является другая: «Если мы не достигнем соглашения с Ираном…» Как говорят в таких случаях, это слова из другой песни.