И не только это. На сирийском плацдарме турецкая разведка столкнулась с разведкой Ирана. В Сирии спецслужбы имеют ярко выраженный конфессиональный оттенок — в большинстве своем они состоят из представителей алавитской общины. Поэтому применительно к ним трудно определить, где начинается и где заканчивается иранская внешняя разведка. Кстати, ИА REGNUM уже обращало внимание на то, что в арабской и мировой печати, как по команде, сразу стали появляться прогнозы, построенные на «информации анонимных достоверных источников»: Асад попросит о прямой военной помощи Иран и «Хизбаллу», Иран немедленно атакует Турцию и военные объекты НАТО на турецкой территории. По нашему мнению, эти прогнозы — признаки работы «Моссад».
На днях в Стамбуле было объявлено о создании нового органа сирийской оппозиции — Сирийского национального совета. В него вошли как оппозиционные деятели из самой Сирии, так и сирийские диссиденты из США и Западной Европы. Сам факт формирования на территории Турции «национального совета» Сирии можно воспринимать как инструмент агрессии НАТО против Сирии. К тому же Турция дала согласие на размещение на ее территории системы ПРО НАТО. Понятно, что это сразу вызвало негативную реакцию со стороны Тегерана. Министр обороны Ирана Ахмад Вахиди заявил, что Иран никогда ни с какой стороны не потерпит посягательств на его национальные интересы, а присутствие Запада в исламских странах рассматривает «как элемент, подрывающий безопасность и создающий беспокойство в этих странах». Первый заместитель председателя комиссии Межлиса Ирана по вопросам национальной безопасности и внешней политики Эсмаил Коусари выразился более лаконично: «Прежние заявления руководства Турции внушали определенную надежду исламским странам, однако сегодня мы становимся свидетелями того, что нынешняя политика Турции вызывает сомнение и недоверие у исламских стран».
Не исключено, что теперь против Турции могут быть использованы уже наработанные в ходе «арабской весны» разрушительные сценарии. Глава армейской разведки (АМАн) Израиля генерал-майор Авив Кохави уже зафиксировал тенденцию «стремительно возрастающего влияния Ирана во всем ближневосточном регионе, включая Турцию». Кохави привел факты, указывающие на то, что Иран активизировал свою деятельность в Сирии, Ливане, Египте, Бахрейне, Судане, Йемене, Ираке и Газе. Так что у главы разведки Турции Хакана Фидана в Тегеране должен состояться очень интересный диалог с его иранским коллегой Хейдаром Мослехи. Он будет иметь важные последствия, прежде всего, для Турции.
Эрдоган с Ахмадинежадом будут воевать вместе. Против кого?
Когда премьер-министр Турции Тайип Реджеп Эрдоган во время недавнего посещения Ливию сообщил о том, что совершит визит в Иран, то многие эксперты мотивировали это решение стремлением Анкары «сгладить» в Тегеране негативный эффект от решения разместить на своей территории направленный против Ирана американский радар. Была еще одна важная причина: Иран открыто выступил в поддержку Дамаска и предупредил Турцию, что в случае организации военной интервенции НАТО против Сирии с использованием военных объектов в Турции, по ним может быть совершен военный удар. Тегеран не вводила в заблуждение и антиизраильская риторика Анкары, поскольку четко просматривался сценарий действий Турции через втягивание в палестинско-израильский конфликт позиционировать себя в регионе в качестве нового лидера.
Но на палестинском направлении усилия Анкары имеют символический характер, поскольку США заявили, что при прохождении мандата о независимости Палестины в СБ ООН они наложат вето. Более того, активизировался так называемый «восточный квартет». Как заявил в этой связи министр иностранных де России Сергей Лавров в интервью телекомпании CNN, палестинцы «заслуживают того, чтобы быть услышанными, и увидеть, что международное сообщество думает по этому поводу», но они стремятся к голосованию в ООН из-за того, что «хотят подчеркнуть срочность возобновления переговоров на основе существующих международных рамок, которые были сформированы в резолюциях Совета безопасности ООН и решениях «квартета «международных посредников». Среди таких посредников Турция, как известно, не значится. К тому же российская сторона предложила премьер-министру Израиля Беньямину Нетаньяху и палестинскому лидеру Махмуду Аббасу самим договориться о статусе Иерусалима, беженцах и границах. Провалилась ставка Анкары и на осуществление в Сирии ливийского сценария. Напомним, что и на этом направлении Турция действовала шаблонно: сначала предложила Дамаску посреднические усилия, затем сделала ставку на оппозицию, а потом объявила блокаду Сирии. Но во многом благодаря именно России в Сирии сохраняются еще шансы мирными средствами урегулировать конфликт.