Конечно, Россия учитывает перспективу осуществления европейского проекта NABUCCO, который рассматривается в качестве конкурента газопроводу South Stream («Южный поток»). Тем более, что операторы NABUCCO в качестве ресурсной базы для проекта определяют азербайджанский газ в объеме 10 млрд кубометров, туркменский и иракский — также по 10 млрд кубометров. Так что, выкупая свободный газ у Азербайджана по принципу, который озвучил в Баку глава «Газпрома» Алексей Миллер — «без верхней планки для объема поставок газа из Азербайджана» — Россия стремится не столько оставить без газовых ресурсов NABUCCO, сколько сохраняет возможность интеграции в этот проект. По словам Дмитрия Медведева, «российская позиция здесь всегда заключалась в том, что мы не можем и не должны препятствовать каким-либо проектам». При этом глава России заметил, что РФ и Азербайджан имеют «совпадающие интересы, потому что являются производителями энергоресурсов», а потому «должны договариваться и кооперироваться». В свою очередь, президент Азербайджана Ильхам Алиев заявил, что рассматривает двустороннее сотрудничество с Россией в энергетике «как долгосрочное, как стратегическое, и оно охватывает не только газовую сферу». Таким образом, итоги переговоров Алиев — Медведев в Баку закрепляют позиции России в регионе при одновременном укреплении региональных и международных позиций Азербайджана. В будущем это позволит Баку активно включиться в новую «игру». Причем в контекст расширяющегося российско-азербайджанского многопланового сотрудничества вписывается и стратегическое партнерство Азербайджана с Турцией с общим «российским тылом».
Зачем Пушкин ездил к курдам-езидам
В биографии Пушкина кавказская эпопея 1829 года — путешествие в Арзрум — одна из самых загадочных. До сих пор в пушкинистике существует множество версий, мифов относительно истинных целей этой поездки поэта. Утверждается, что, мол, Александр Пушкин собирался бежать за границу в Турцию или просто набраться кавказских впечатлений, чтобы затем воплотить все в своем творчестве. Действительно, оставленное лично поэтом и его ближайшим окружением эпистолярное наследие, воспоминания дают основание для многих таких и других предположений. Если только не некоторые обстоятельства.
Пушкин по дороге на Кавказ вел записи. Но относительно подробный отчет о поездке в действующую русскую армию появился лишь спустя почти шесть лет, когда было опубликовано «Путешествие в Арзрум во время похода 1829 года». До этого были только «записки», которые можно считать реакцией на выпады журналистов. К примеру, 22 марта 1830 года в газете «Северная пчела» была опубликована статья Фаддея Булгарина. «Итак надежды наши исчезли. Мы думали, что автор Руслана и Людмилы устремился за Кавказ, чтоб напитаться высокими чувствами поэзии, обогатиться новыми впечатлениями и в сладких песнях передать потомству великие подвиги русских современных героев, — писал Булгарин. — Мы думали, что великие события на Востоке, удивившие мир и стяжавшие России уважение всех просвещенных народов, возбудят гений наших поэтов, и мы ошиблись. Лиры знаменитые остались безмолвными, и в пустыне нашей поэзии появился опять Онегин, бледный, слабый, сердцу больно, когда взглянешь на эту бесцветную картину». Пушкин ответил на это всего лишь публикацией в шестом номере «Литературной газеты» за 1830 год «Извлечений из путевых записок» (отрывок «Военная Грузинская дорога»). Но, как установили исследователи, этот материал был написан наспех, в нем обнаружено немало исторических и географических ошибок. Установлено, что поэт многое заимствовал из изданных в 1827 году Москве «Записок во время поездки из Астрахани на Кавказ и в Грузию в 1827 году».
Существует версия, правда, не имеющая документального подтверждения, что в последующем главнокомандующий на Кавказе граф И. Ф. Паскевич уговаривал Пушкина описать турецкую кампанию 1828–1929-х годов. Но достоверно известно только то, что главным поводом к написанию «Путешествия в Арзрум» стали обстоятельства иного свойства. В 1834 году в Париже была издана книга французского дипломатического агента на Востоке Виктора Фонтанье «Voyages en Orient, entrepris par ordre du gouvernement frangais de l’annee 1821 a l’annee 1829. Turquie d’Asie» («Путешествия на Восток, предпринятые по повелению французского правительства с 1821 по 1829 гг.: Азиатская Турция»»). В ней автор называет Пушкина в числе лиц, составлявших окружение командующего русской армией Паскевича, едко замечая при этом, что «у турок не было бардов в свите» — некому было воспевать их подвиги — в то время как «замечательный своим воображением» поэт, «покинувший столицу, чтобы воспеть подвиги своих соотечественников», нашел «в стольких славных деяниях, свидетелем которых он был, сюжет не для поэмы, но для сатиры».