Г. Чичерин послу ВНС Турции Али Фуаду: «27 октября 1921 г. Господин Посол, В ответ на Ваше письмо 1040 от 26 октября могу удостоверить Вас, что наши переговоры с Италией и с Румынией не имеют никакого отношения к нашей восточной политике. Наоборот, сообщения из западной прессы делают для нас несомненным, что соглашение очень большого значения заключено между Турцией и нашим главным врагом Францией. Французская пресса в этом отношении полна намеков, которые заставляют нас серьезно опасаться о перемене турецкой политики по отношению к России. Известие об отставке Юсуфа Кемаля как комиссара иностранных дел заставляет нас опасаться, что от политики, которую он представлял, и которая нашла свое воплощение в Московском договоре, Турецкое правительство собирается в настоящее время отказаться» (АВПР. ф. 132. оп. 4. п. 4. д. 2. л. 101).
Г. Чичерин И. Сталину: «28 октября 1921 г. Уважаемый товарищ, Вы, вероятно, заметили шифровку тов. Леграна о том, что кавказские учреждения ведут свою собственную политику и что, между прочим, Реввоенсовет Кавказского фронта приказал занять пограничные деревни, занятые Турцией, не дожидаясь никакой согласительной комиссии. Можно различно оценивать целесообразность такого решения, но, во всяком случае, его нельзя было принимать без Центра, ибо это есть фактическое серьезное столкновение с Турцией. Политбюро уже принимало решения о том, что кавказские республики должны в своей внешней политике проводить директивы из Москвы, и об этом неоднократно сообщалось на Кавказ. Я не знаю, что еще можно сделать, чтобы устранить в данном случае параллелизм, разнобой и несогласованность. Имеет ли смысл проводить еще через Политбюро решения, подобные прежним, или той же цели можно достигнуть путем личного влияния при помощи тов. Серго? С коммунистическим приветом, Чичерин» (РГАСПИ. ф. 5. оп. 2. д. 315. л. 213).
Г. Орджоникидзе Г. Чичерину: «30 октября 1921 г. Помета: «Совершенно секретно». Прибыло оборудование для патронного завода, предназначенного для передачи Турецкому правительству. Из Украины получен наряд на 500 артиллерийских лошадей, также для передачи туркам. Ввиду изменившегося положения, в связи с заключением турками договора с французами, прошу указаний, следует ли передавать, или пока отложить. Орджоникидзе» (РГАСПИ. ф. 5. оп. 1. д. 2171. л. 22).
Г. Чичерин С. Нацаренусу: «1 ноября 1921 г. Ваши шифровки за октябрь в конце концов не разрешили для нас вопроса, изменил Кемаль или нет? Вначале Вы сообщали, что достоверно знаете о принятии Кемалем французских секретных пунктов с обязательством при первом удобном случае разорвать с нами и поддерживать контрреволюционные кавказские правительства. Позднее Вы сообщали, что секретные пункты не были приняты Кемалем, что это подтверждается Вашими секретными сведениями. Вы нам сообщили о тех угрозах, с которыми Вы обращались к турецкому правительству на случай, если они примут что-либо направленное против нас. Между прочим, кемалисты гораздо меньше думают о панисламистских и пантюркистских планах, чем энверисты… Мы тогда решили соблюдать все аппарансы, как будто ничего не случилось, не показывать туркам вида, по-прежнему проводить линию дружелюбия и все наши заявления, публичные или направленные туркам, составлять в прежнем тоне. Кое-что мы фактически в тот момент приостановили, но эти приостановки бывали и раньше по случайным внешним причинам. Это было в тот момент, когда по Вашим сведениям оказывалось, что секретные пункты приняты, но что Кемаль это отрицает… Однако у меня сомнение, вполне ли достоверны Ваши секретные сведения, нет ли тут мистификации? Французская печать что-то уже радуется, и Франция стала что-то уж очень поддерживать Кемаля. Не могу избавиться от опасения, не приняты ли все-таки секретные пункты, может быть даже втайне от Ваших секретных источников. Я уже писал Вам, что мы к этому относимся хладнокровно, потому что вся линия развития идет в направлении борьбы турок против Запада. Допотопные элементы в Турции должны стремиться к примирению с Западом, потому что мечтают по-прежнему сосать Запад и наживаться на западных дипломатах. Но это не есть линия развития, ибо турецкая буржуазная масса уже перешагнула через это. Мы уверены, что это было бы только передышкой. Как я писал Вам, наша политика рассчитана на целый длительный период. С коммунистическим приветом, Чичерин» (АВПР. ф. 04. оп. 39. п. 232. д. 52 994. лл. 41–43).