Я поговорил с Михаэлем в конце 2002 года, напомнив о том, что он сказал в 1998 году: «Гораздо интереснее соперничать с быстрейшей командой, чем выступать за нее самому». Изменилась ли его позиция теперь, когда он сидел в космическом корабле? Михаэль сказал:
«Для того чтобы обойти быстрейшую машину, нужно приложить сверхусилия – отсюда и сверхудовольствие. Но достичь чего-то вместе с командой, стать лучшими и удержаться на вершине – задача другого типа, которой я также наслаждаюсь. Мне нравится делать свою работу – я ведь по-прежнему прикладываю столько же усилий, сколько прикладывал раньше, когда у меня была далеко не самая быстрая машина. Поэтому для меня ничего не поменялось, за тем исключением, что теперь я могу все время быть впереди».
Для Баррикелло это был сложный год, несмотря на четыре победы, включая триумф в Монце. После фиаско в Австрии ему сочувствовали публика и пресса. Этот инцидент проиллюстрировал гоночную философию Ferrari, и бразилец осознал, что ему не удастся превзойти Шумахера, выступая с ним в одной команде. Баррикелло говорит:
«Это дало мне стимул к развитию, потому как, чтобы победить Михаэля, мне приходилось делать вдвое больше, чем если бы я боролся с кем-то еще. Я вынужден был находить иные настройки, водить по-другому, экспериментировать с трекшн-контролем, придумывать что-то, разрабатывать. Мне приходилось беречь покрышки и тормоза. Люди не знают всего этого. Они говорят: «Ты никогда не станешь чемпионом мира», но к настоящему моменту я мог бы стать им уже дважды. Спросите ребят из Honda, они удивляются: «Откуда у тебя столько идей?» Ну, это потому, что мне приходилось пытаться превзойти Михаэля, все время развиваться, не стоять на месте. Я выступал за Ferrari не из-за денег, мною двигало стремление превзойти его.
Честно говоря, мне даже нравилось соперничать с ним. Но люди не догадываются, как я вкалывал. Если бы я перешел в другую команду, у меня бы не было лучшей машины. Понимая это, я сказал, что останусь и поработаю еще. Но я всегда поступал по совести, ничего не делал у кого-то за спиной. Всегда был искренен и хорошо спал ночью.
Самое впечатляющее достижение Михаэля – это то, что он заставил машину работать на себя. Он невероятно талантлив в этом. Я многому у него научился и даже часто был быстрее Михаэля в пятницу, но, к сожалению, не всегда быстрее в субботу.
Разница между Михаэлем и Айртоном заключается в том, что Айртон был более импульсивным, горячим. Он мог сказать: «Я найду еще две десятые в себе самом», тогда как Михаэль находил эти две десятые в машине. Для того чтобы быть быстрее в каком-то конкретном повороте, Михаэль обычно прорабатывал весь пакет, тогда как Айртон просто давил на газ, даже если сильно рисковал.
Так почему Михаэль столько раз вылетал с трассы? Потому что только он знал, как вести машину на пределе. Что хорошо и плохо одновременно, так как машину приходится чинить. Михаэль просто не умеет ездить медленно».
В 2003 году, после двух сезонов бесспорных побед, наступил трудный год, когда Шумахер после длительной борьбы с Кими Райкконеном, человеком, который впоследствии сменил Михаэля в Ferrari, выхватил титул с преимуществом в какие-то два очка. Команду застали фактически врасплох новые правила, о которых FIA объявила перед самым началом сезона. В результате Ferrari нетвердо стояла на ногах – ведь машина была спроектирована согласно старым правилам. Поэтому Скудерия боролась изо всех сил, постоянно адаптируя гоночную тактику. В довершение ко всему покрышки, которые Michelin поставлял Williams и McLaren, были явно лучше покрышек Bridgestone, которые использовала Ferrari.
Поворотным пунктом сезона-2003, ближе к его завершению, стал очередной спорный инцидент, когда FIA решила запретить передние покрышки Michelin на том основании, что они сильнее изнашивались и обеспечивали более широкое пятно контакта с дорожным полотном, чем дозволялось правилами. Williams и McLaren утверждали, что это какая-то новая интерпретация правил, что их покрышки были полностью легальны на протяжении всего сезона, но этот запрет помешал им в борьбе за титул. Командам, которые были фаворитами перед Гран-при Италии в сентябре, теперь осталось лишь беспомощно наблюдать за тем, как Шумахер побеждает в Монце и Индианаполисе и обеспечивает себе все шансы выиграть титул в Судзуке. Для того чтобы стать чемпионом, Райкконен должен был выиграть в гонке, притом что Шумахер не наберет ни одного очка.
Шумахер получил титул, став первым в мире шестикратным чемпионом, но его «чемпионское» выступление было неубедительным – он финишировал восьмым из-за столкновения с другим пилотом. После гонки Михаэль был как в воду опущенный. «Сложный сезон, — сказал он. — Я сегодня очень нервничал, и гонка была крайне напряженная, одна из труднейших в моей карьере. Я совершенно опустошен, я устал и ничего не чувствую. Все свои прошлые титулы я закреплял победой, сегодня же пришел восьмым. Это – странное чувство».