«Ясно, что в 2005 году я совершал ошибки, которых не должен был допускать. Добившись такого успеха, невольно начинаешь довольствоваться механической рутиной. Я мог бы сделать больше, мог бы лучше тренироваться – тогда, вероятно, был бы на одну десятую на круге быстрее. Хотя, конечно, мы сильно отставали, так что это вряд ли бы повлияло на результат. Были гонки, например в Монце, где я бы мог финишировать восьмым, а не десятым. Однако, когда ты испорчен успехом и ставишь перед собой такую высокую планку, чертовски тяжело найти мотивацию для столь незначительного шага. Это касается как меня, так и всей команды».
На самом деле у Михаэля уже тогда возникли проблемы с шеей и плечами. На них приходится самая большая нагрузка в поворотах и при торможении. На протяжении 2005 года Шумахер страдал от сильных болей в данной области и потому не мог тренироваться так же эффективно, как прежде, а это было одним из краеугольных камней его подхода к своей работе. Сабина Кем говорит:
«Подготовка имеет для него огромное значение. Сесть в машину и показать результат – это самый последний шаг. Михаэлю нужно знать, что он сделал все, что мог. Он не хочет покидать трассу с чувством, что он что-то мог сделать лучше. Ему нужно иметь эту уверенность, чтобы быть способным полностью сконцентрироваться.
В 2005 году Михаэль злился на себя самого, потому что был не на лучшем уровне. Он говорил: «Это не видно по тому, как я вожу», он все еще выкладывался на сто процентов, но «если бы я оказался в ситуации, где мне бы пришлось дать больше, я не уверен, что смог бы, учитывая мою физическую подготовку в то время».
В Имоле Шумахер показал потрясающий уровень мастерства, догнав Алонсо и борясь с ним за лидерство на протяжении последних пятнадцати кругов гонки. Но испанец оказался упрямым и сумел устоять под напором Михаэля. Затем, в Монако, Шумахер проявил свой истинный бойцовский характер, совершив смелый и бескомпромиссный обгон в борьбе за седьмое место на последних кругах. Он опередил собственного партнера по команде Рубенса Баррикелло, который страшно разозлился на Михаэля и после гонки раскритиковал его на публике. «Чемпион мира не должен так ездить, — заявил бразилец, словно эхо повторяя слова Шумахера о Сенне, сказанные им тринадцать лет назад. — Это был слишком большой риск! Сам бы я никогда не совершил такой рискованный маневр».
Отношения Баррикелло с Ferrari подходили к логическому завершению. Рубенс с Михаэлем поддерживали вполне нормальные отношения в начале своего сотрудничества в Ferrari, но к 2005 году Рубенс стал все больше жаловаться на то, как поступает с ним Ferrari, а его жалобы на Шумахера достигли своего апогея в Монако. Бразилец сказал, что кошка между ними пробежала еще в Индианаполисе, но на данный момент подробности их разлада должны оставаться в тайне, так как они не хотят об этом говорить.
В середине лета бразилец обсуждал возможность досрочного ухода из Ferrari, или, точнее, перехода в команду Honda, спортивный директор которой – Жиль де Ферран – был его старым другом. Баррикелло понимал, что его мечта стать лидером команды Ferrari вряд ли когда-нибудь осуществится. Судьбу его статуса в команде осложняли и те меры, которые предпринимали Лука ди Монтедземоло и Жан Тодт, чтобы оградить себя от возможных потерь в связи с уходом Шумахера в ближайшем будущем. Они держали в резерве Фелипе Массу, а тем временем выяснилось, что будущим лидером команды Лука ди Монтедземоло хочет видеть Кими Райкконена, и с ним был подписан договор. Несмотря на то что Баррикелло показал себя как самый быстрый из всех партнеров Шумахера по команде, было очевидно, что команда не видела его в будущем номером один. Пришло время двигаться дальше.
Единственную победу в сезоне Шумахер одержал на противоречивом Гран-при Индианаполиса – известном тем, что лишь шесть машин вышли на старт гонки после того, как все команды Michelin зазвали своих гонщиков в боксы по окончании установочного круга.
Основную ответственность за проблему в Индианаполисе нес Michelin, который не привез безопасные покрышки на гонку, но упрямство Шумахера и его отказ идти на уступки сыграли свою роль. Гонщики пришли в бешенство, когда Шумахер наотрез отказался даже думать о том, чтобы как-то помочь командам избежать позорной и нелепой ситуации.