На самом деле, чтобы так предполагать, надо поверить, что двадцатидвухлетний парень, только дебютировавший в Формуле-1, обладал огромной выдержкой, хладнокровием и трезвым расчетом. Эдди Джордан инцидент с муфтой не объяснил никак, только сказал, что это была единственная проблема со сцеплением за весь сезон. Ян Филиппе, однако, категорически отвергает всякие спекуляции на этот счет. «Это произошло по нашей вине, — говорит он. — Мы не практиковали с Михаэлем старт, и он просто переусердствовал. Он был так возбужден, уверен в себе, думал, что сможет отыграть пять позиций уже на старте».
По иронии судьбы в своей дебютной гонке в Спа Шумахер мог с легкостью победить. По ходу Гран-при де Чезарис вышел на позицию, которая могла принести ему победу, но у него отказал двигатель, потому что в баке было недостаточно топлива. Стартовав на семь позиций впереди него, Михаэль мог бы выиграть, если бы ему просто удалось добраться до финиша.
На протяжении того уик-энда Шумахер на самом деле чувствовал себя не лучшим образом. Немец держался на чистом адреналине. Он изо всех сил боролся со сном из-за долгого перелета и смены часовых поясов – несколькими днями ранее он участвовал в гонке в Японии; кроме того, во время полета он подхватил простуду. Подготовка к дебюту была ужасной, и в итоге он сошел в самый ответственный момент. С тех самых пор Шумахер всегда тщательно готовился к Гран-при. Кстати, вдобавок ко всему условия проживания в Спа больше подошли бы картингисту, чем дебютанту Формулы-1: Михаэль делил комнату с Вебером в хостеле для молодежи. Единственным выходом было идти вперед, только вперед.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Гений Михаэля Шумахера
Шумахер водит как прирожденный чемпион – быстро, стабильно, сбалансированно. Он инстинктивно чувствует машину. Такой стиль езды позволяет ему постоянно быть на пределе, но не переходить грань допустимого.
Дебют Шумахера в Спа в 1991 году является одним из поворотных пунктов в истории Формулы-1. Как и подобает человеку, который в дальнейшем выиграл семь чемпионских титулов и стал самым успешным гонщиком за всю историю, первое его выступление было впечатляющим. Всем стало ясно, что он – сенсация, феноменально талантливый гонщик. Боссы команд были потрясены до глубины души. Как случилось, что они его упустили? Эдди Джордан, больше, правда, благодаря везению, чем проницательности, открыл настоящее дарование, о котором остальные еще не были наслышаны.
В течение последующих нескольких лет такие команды, как McLaren и Williams, продолжали выискивать новые таланты, свежих пилотов, достаточно мотивированных, чтобы бросить вызов заслуженным гонщикам – Сенне, Мэн-селлу, Просту и Пике. Но Шумахеры на деревьях не растут. McLaren пригласил Майкла Андретти и Мику Хаккинена, последний оказался очень даже выгодным приобретением.
Williams дал шанс Деймону Хиллу, затем Дэвиду Култхарду и, наконец, Жаку Вильневу – и двое из них завоевали титул, победив Шумахера. К началу нового тысячелетия, когда боссы команд, казалось бы, успокоились, появились Дженсон Баттон, Кими Райкконен и Фернандо Алонсо, спровоцировав очередной культ юности в Формуле-1.
Шумахер сразу же стал выделяться на общем фоне благодаря своим показателям и скрупулезности подхода. Он в корне изменил представление о мастерстве гонщика. Разумеется, его приход совпал с ростом технологий и использованием сложных приборов для контроля над управляемостью машины. Начиная с середины 1990-х даже самому ленивому гонщику приходилось до позднего вечера торчать на собраниях и обсуждениях, тогда как его коллеги из 1980-х давно бы уже играли в гольф.
Ален Прост получил прозвище «Профессор» за свое внимание к деталям и вдумчивость, но Шумахер поднял планку еще выше – он работал в десять раз усерднее вне кокпита, чем внутри него. Боссам других команд приходилось публично критиковать своих пилотов за то, что по сравнению с немцем те стараются недостаточно.
«Прост был моим героем, но Шумахер все поставил с ног на голову и начал новую историю, — говорит Марк Уэббер. — Его внимание к деталям просто невероятно; невероятно и то, как он пользовался своей силой и влиянием, чтобы повернуть ситуацию в свою пользу. Он никогда не давал себе спуску, всегда стремился к победе. Я большой поклонник автоспорта, и я уверен, что в истории не было другого столь же последовательного, решительного, целеустремленного и сфокусированного человека».