Шумахер же был один-одинешенек впереди и полностью изолирован. Ирвайн застрял позади McLaren, и Шумахеру оставалось просто ехать и ехать до финиша. Но после своего второго пит-стопа, который он совершил на круг раньше Вильнева, Михаэль решил поберечь шины, не желая износить их до пузырей, так как оставалось еще 26 кругов до финиша. Вильнев не последовал его примеру. Он убивал покрышки в попытке догнать Шумахера. Отрыв сократился с 2,6 секунды до 0, так как Шумахер не смог отреагировать на темп Вильнева. Шумахер придерживался своего плана, как объясняет Росс Браун:
«Мы заранее договорились, что необходимо беречь покрышки. Михаэль несколько кругов шел в спокойном темпе, чтобы обкатать их, потому что у нас был неприятный опыт с пузырящимися покрышками, и мы не могли допустить, чтобы подобное произошло в этой гонке. Мы были очень осторожны и ждали атаки со стороны Вильнева к концу отрезка, а не в самом его начале».
Джок Клир находился на командном мостике напротив боксов Williams – вел переговоры с Вильневом по радио и следил за гонкой по монитору. Он видел, как его гонщик застрял за Ferrari в длинном правом повороте, который ведет на подъем к задней прямой. Клир сразу же понял, что Жак собирается пойти на обгон. «Жак проводил чертовски хорошую гонку, он был быстрее Михаэля в тот день. Я знал, что Жак собирается атаковать – он просто волочился за Михаэлем и собирался предпринять попытку обгона. Если бы Михаэль видел в свои зеркала то, что я видел по телевизору, он бы сместился чуть правее и заблокировал Жаку траекторию».
Вильнев воспользовался элементом неожиданности, и это сработало. Гонщики современной Формулы-1 не идут на такой риск, особенно когда борются за чемпионат мира. На карту поставлено так много, что пилоты действуют осторожно. Но это было не в стиле Вильнева. Канадец мгновенно решил атаковать и застал Шумахера врасплох.
Эдди Ирвайн, вспоминая о той гонке, приходит к выводу, что после второго пит-стопа Шумахер позволил себе успокоиться:
«Михаэль все проспал, потому что был слишком уверен в себе. Он совершил свой последний пит-стоп и решил: «Дело в шляпе». Потому и расслабился. В какой-то степени, конечно, он сбавил темп из-за того, что берег покрышки, но он подпустил Жака слишком близко. Если и есть гонщик, которого нельзя подпускать к себе близко, то это Жак. Вильнев нырнул по внутренней бровке правого поворота «Драй Сэк».
За один этот маневр, на мой взгляд, можно дать титул чемпиона мира. Ни один гонщик из всего пелотона не начинал бы обгон настолько издали. Чего у Жака не отнять, так это смелости. Но он на самом деле был уверен, что впишется в поворот. А Михаэль, как всегда, в своем духе, интуиция его порой подводит. Конечно, интуитивно он чувствовал одно – что не может этого допустить. За свою карьеру Михаэль неоднократно доказывал, что, когда ему приходится действовать интуитивно, он принимает неверное решение.
Я выносил других с трассы, но я, вероятно, делал это несколько лучше. Я не говорю, что я белее белого, я воздержусь. Михаэль отказывается признавать свои ошибки, и это единственное, что меня в нем напрягает, — его притворство. У меня нет никаких претензий к его поступкам, только к притворству. Большой человек не должен так себя вести, потому что таким образом можно только раздуть скандал».
Парадоксально, что Ирвайн сыграл крайне важную, но до настоящего времени неизвестную роль в смелом поступке Вильнева. В свободной практике двумя днями ранее Ирвайн намеренно помешал Вильневу. Вильнев выскочил из машины и пошел в боксы к ирландцу, чтобы разобраться.
Джок Клир говорит:
«В Ferrari, вероятно, тихонько посмеивались себе под нос: мол, Жак продул, Эдди его достал. Но я считаю, что это обернулось против них. Потому что Жак очень сильно разозлился. Обгон, на который пошел Жак в гонке, был плодом злости, накопившейся за год. Ирвайн этим своим поступком [на практике] довел Жака до ручки. Это стало последней каплей, и Жак сказал: «Ну ладно, война так война, я его, черт побери, сделаю». Это и погубило Михаэля в тот день».
Вильнев пошел на обгон издалека, но, как говорит Ирвайн, ему удалось затормозить настолько, чтобы вписаться в поворот. Камера с болида Шумахера зафиксировала детали. Немец удивлен маневром Вильнева и делает движение рулем к внешней бровке поворота, чтобы избежать столкновения. Это инстинктивный поступок. Но через долю секунды Шумахер меняет решение и идет на столкновение с Вильневом.