В первые годы на посту директора команды Тодт исправлял недочеты и выкладывал успех по кирпичикам. Он описывал Ferrari как «великолепный замок с дырами и пробоинами, которые необходимо залатать, иначе он рухнет». На это ему потребовалось много времени, потому что экспертов в Италии найти было трудно. Но как только Тодт заложил фундамент, пришел успех, а затем команда начала и доминировать. Изменился и подход: стал более отточенным и жестким – изо всех сил трудиться, чтобы максимизировать свое преимущество во всех областях, и никогда не расслабляться. Критики полагают, что мировоззрение команды стало слишком узким и они настолько сфокусировались на самих себе, что утратили объективность и перестали осознавать свою ответственность перед спортом.
Эра Тодта – самая успешная за всю историю гоночной команды Ferrari. Он привел в команду ключевые фигуры, создал то, что Росс Браун называет «кругом страха», имея в виду, что мотивацией каждого члена команды было желание не подвести других и добиться успеха. Они постоянно улучшали показатели в каждой области, иногда балансируя на грани нарушения, чтобы реализовать свое конкурентное преимущество. Когда Ferrari была в отстающих и всеми средствами пыталась выйти на уровень топ-команд, это вызвало вспышку интереса к гонкам. Но команда продолжала в том же духе, несмотря на то, что уже обеспечила себе доминирующую позицию, и зрелище стало менее привлекательным.
Ferrari из рук вон плохо начала сезон-1998. McLaren сделал дубль в Мельбурне – на первом Гран-при сезона. Итальянцы показали посредственный результат, но по-настоящему плачевным было преимущество McLaren. В гонке они опередили остальной пелотон на целый круг, проходя круги на две секунды быстрее Ferrari. Отставание казалось непреодолимым. Перед третьей гонкой сезона, Гран-при Аргентины, Мика Хаккинен сказал: «Должно произойти чудо, чтобы кто-то смог нас нагнать». Но, несмотря на все, Ferrari удалось повернуть ситуацию в свою пользу. Шумахер выиграл в Аргентине и в следующей гонке в Имоле. «Думаю, чудо произошло!» – смеялся он. Немец вел борьбу за титул до самой последней гонки сезона в Судзуке, но уступил чемпионат Мике Хаккинену, когда на старте у него заглох двигатель.
На протяжении всего сезона руководство McLaren бросало непрозрачные намеки относительно нелегальных устройств на Ferrari, но ничего так и не доказало. Трекшн-контроль был все еще под запретом, и успех Шумахера вновь породил слухи, что на его машине установлена незаконная система. В то же время в McLaren были вынуждены снять с болидов революционную систему помощи при торможении, которая использовалась ими на протяжении десяти гонок. Суть этой системы заключается в том, что внутреннее, то есть ближайшее к повороту, заднее колесо замедлялось при повороте, чтобы машина поворачивала более четко и сохраняла сцепление с дорожным полотном. После легкой победы McLaren в Мельбурне Ferrari поставила под сомнение легальность этой системы. FIA решила, что система и в самом деле противозаконна, и попросила руководство McLaren снять ее с машин. Когда в боксах McLaren нашли фотографа, который признался, что он сводный брат одного из аэродинамиков Ferrari, Рон Деннис выступил с заявлением:
«Людям нравятся победители, но никому не нравится, когда постоянно побеждает кто-то один. На протяжении многих лет я наблюдал за победами Фрэнка Уильямса и никогда не жаловался, а, напротив, восхищался. Это только укрепляло мое желание побеждать. Когда мы доминировали в Австралии и Бразилии, Фрэнк поздравил нас. Это говорит о том, что в Формуле-1 еще есть благородные и честные люди. Но не все ведут себя подобным образом.
Я очень уважал Энцо Феррари, мне нравилось его достойное поведение и то, как он достигал своих целей.
И только из-за своего уважения к нему я не стану комментировать то, как сейчас поступает Ferrari».
Кандидатуру Жана Тодта Луке ди Монтедземоло предложил в 1992 году Берни Экклстоун. Президент Ferrari искал человека, который смог бы вывести команду в фавориты, а у Экклстоуна в этом был свой интерес, так как слабые выступления Ferrari плохо отражались на бизнесе в целом. Время было самое что ни на есть подходящее. Тодт искал для себя новые задачи – на протяжении последних одиннадцати лет он был руководителем спортивного отделения Peugeot. Он как раз стал свидетелем победы французской команды в гонке «24 часа Ле-Мана», перед тем как в августе 1992 года приехать в Болонью к ди Монтедземоло. Тодт прибыл за рулем Mercedes, но Лука ди Монтедземоло простил его за это. Француз был расстроен тем, что Peugeot не поддержали его предложение прийти в Ф-1, вместо этого решив стать исключительно поставщиками двигателей. Тодт имел полное право уйти от них. Без него опыт Peugeot в Формуле-1 обернулся полным кошмаром, и они покинули Формулу-1 после семи лет без единой надежды на победу в гонке.