В отличие от Шумахера, которому не нравится говорить о себе, Тодт очень любит это дело. Вероятно, такова специфика культуры: история показывает, что выдающиеся французы имеют склонность слагать о себе легенды. Родная страна осыпала Тодта почестями: он награжден орденом «Почетного легиона» и пользуется авторитетом благодаря своей методике управления.
Один примечательный автопортрет Тодт составил себе в ходе беседы с французским журналистом Стефаном Самсоном:
«Важны не методы, а в первую очередь – принципы. Для меня существенное значение имеют три принципа: совершенствование, умеренность и честность. В Формуле-1 не хватает принципов. Слишком многие смотрят на собственный пупок. Я привык требовать результатов от подчиненных и не терплю легких путей. Думаю, я справедливый руководитель, потому что умею слушать. Я как пожарник – гашу огонь в любое время суток, обеспечиваю людям лучшие из возможных условий. Дверь моего кабинета всегда открыта. Я лично приветствую новых сотрудников, уделяю им внимание. Мне повезло, что вокруг меня люди, с которыми у меня много общего, но которые в то же время из совершенно разных миров. Это помогает удержаться на ногах».
Вероятно, в этом и заключается секрет успеха Ferrari под руководством Жана Тодта. Ему удалось собрать вокруг себя специалистов в самых разных областях, которые отлично сработались. Хороший руководитель должен создать коллектив, в котором каждый знает свое место и уважает работу остальных. Успешная команда не должна терпеть смутьянов, плывущих против течения.
Члены команды Ferrari очень быстро поняли, чего ждет от них Жан Тодт и как этого достичь, и поддержали его мнение, потому что оно соответствовало их собственному. Костяк команды походил на группу «Битлз» в 1960-е: необычайно талантливые люди, которые могли бы быть относительно успешны по отдельности, но в команде они победили весь мир. Пять человек: Жан Тодт, осуществляющий руководство командой и отвечающий за коммерческую составляющую, Росс Браун и Рори Берн, построившие самую быструю машину и разрабатывающие правильную стратегию в гонках, Паоло Мартинелли, отвечающий за надежность моторов, и, выводящий продукт на трассу и показывающий результат.
Эти ключевые фигуры были тесно связаны между собой. Браун и Берн, которые вместе работали и в Benetton, и в Ferrari, — один из величайших технических дуэтов в Формуле-1. Браун – передовик, организатор, сторонник строгой дисциплины. Его работа заключалась в том, чтобы осуществлять контроль за техническим отделением, направлять людей и добиться от машины максимальных результатов и надежности на гоночной трассе. Высокий, напоминающий сову человек с бородкой и в очках в толстой оправе, он любит говорить о своей работе и обожает придумывать тактические ходы. Рори Берн – гораздо более тихий и скромный человек, уроженец Южной Африки, который не любит находиться в свете софитов и предпочитает оставаться на заводе, появляясь на гонках один раз в году – на Гран-при Италии. Берн интуитивно чувствует, что нужно делать, чтобы максимально улучшить конструкцию болида. Его машины всегда были аэродинамически отлично оснащены и прекрасны внешне, а благодаря его грамотному управлению отделом научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ команда двигалась семимильными шагами.
Формула-1 сильно изменилась за последние двадцать лет. Влияние гонщика на команду уменьшилось. Критикам нравилось говорить, что Шумахер был у руля, контролировал все подряд, но это безнадежно наивное мнение. Он был жизненно необходимым элементом и, вероятно, знал больше о команде и ее устройстве, чем пилоты до него. Но не стоит забывать, что истинная сила Ferrari заключалась в том, что у каждого была своя роль, которую остальные уважали.
Командный дух в Ferrari был просто поразительным. Как много раз говорил Росс Браун, неудачи связывали их, а успехи развивали вкус к победам. Если сезон был плохим, они быстро учились на своих ошибках и вновь стремились к успеху.
Все команды Формулы-1 очень иерархичны; таким крупным фигурам, как Тодт и Браун, платили миллионы фунтов стерлингов ежегодно, но – что всегда меня поражало – они летали на одном самолете с командой. Почти все боссы, и, разумеется, боссы особенно успешных команд, имеют частные самолеты, на борт которых не позволено ступать простым механикам. В Ferrari же руководство всегда летало чартерным рейсом компании Alitalia из аэропорта Болоньи.