Выбрать главу

 

партийную организацию, Рябов уверенно назвал кандидатуру Бориса Ельцина.

            По экономическому потенциалу, по роли в индустрии ВПК, по численности населения и по географическому положению Свердловская область считалась одним из

важнейших регионов Советского Союза. Во многих отношениях Свердловская область

являлась центром всего Уральского края, притягивая к себе Челябинскую, Пермскую и

Курганскую области. Человек, который должен был возглавить Свердловский обком партии, не мог быть назначен, не получив  одобрение КГБ и Министерства обороны СССР. Осенью 1976-го года Ельцин прибыл на “смотрины” в Москву. Он встречался здесь сначала с секретарями ЦК И. Капитоновым и А. Кириленко, затем с М. Сусловым. Еще через день в сопровождении Капитонова и Рябова Ельцин встретился с Л.И. Брежневым. Генсек принял Ельцина довольно радушно, даже пошутил: “Так вот кто в Свердловской области захватил власть!”. Беседа продолжалась около 40 минут и состояла из общения разного рода банальных фраз. “Добро” было получено, и 2-го ноября 1976-го года на заседании областного комитета партии Ельцина избрали первым секретарем обкома.

            Первая беседа Ельцина с Андроповым по телефону состоялась только в 1977-ом году. Речь шла при этом о судьбе знаменитого Ипатьевского дома в Свердловске. Как известно, в большом доме в центре города, принадлежавшем ранее купцу и инженеру Ипатьеву, находились в последние недели своей жизни семья и часть прислуги последнего российского императора Николая II. Здесь все они были убиты 17-го июля 1918-го года. Ипатьевский дом был одним из достопримечательностей города.

            В 1970-ые годы сюда приводили на экскурсию пионеров. Расстрел царской семьи считался одним из подвигов уральских большевиков. Свердловск являлся после войны “закрытым городом” и иностранных туристов здесь не было. Но деловые визиты из социалистических стран в Свердловск были достаточно частым явлением, и многим из гостей города показывали Ипатьевский дом и рассказывали о судьбе последнего русского царя. В 1974-ом году особняк на улице Карла Либкнехта, 49 был внесен в список памятников истории и культуры, причем отнюдь, не как памятник архитектуры. В постановлении правительства РФ говорилось о доме Ипатьева как о месте, где “было приведено в исполнение революционное постановление Уралоблисполкома о казни бывшего царя Николая II”.

            Трудно сказать, что побудило Ю. Андропова обратить еще в 1975-ом году внимание на проблемы, связанные с судьбой царской семьи. В докладной записке КГБ в ЦК КПСС от 26-го июля 1975-го года говорилось: “Антисоветскими кругами на Западе периодически интегрируются различного рода пропагандистские кампании вокруг царской семьи Романовых, и в этой связи нередко упоминается бывший особняк купца Ипатьева в городе Свердловске. Дом Ипатьева продолжает стоять в центре города. Представляется целесообразным поручить Свердловскому обкому партии решить вопрос о сносе особняка в порядке правовой реконструкции города. Проект постановления ЦК КПСС прилагается. Просим рассмотреть”. Решение о сносе особняка Ипатьева было принято на Политбюро еще 4-го августа 1975-го года, однако его выполнение по разным причинам задерживалось. Против разрушения дома возразил областной историко-краеведческий музей и отдельные представители свердловской интеллигенции.

            Известно, что еще в октябре 1975-го года дом Ипатьева осматривали руководители

 

190

 

ГДР Эрих Хонеккер и Вилли Штоф, о чем шеф областного управления КГБ генерал  

Ю. Корпилов докладывал Андропову. Не было секретом для Андропова и повышенное

внимание к дому Ипатьева других гостей Свердловска, а также жителей этого города.

Время от времени на пороге дома появлялись положенные тайком красивые розы.

            По свидетельству самого Ельцина, секретное постановление Политбюро о немедленном сносе Ипатьевского дома он получил летом 1977-го года. “Близилась одна из дат, связанная с жизнью последнего русского царя, - писал он в своей книге. – Это подхлестнуло интерес к дому Ипатьевых, люди приезжали посмотреть на него даже из других городов. Я к этому относился совершенно спокойно... неожиданно получаю секретный пакет из Москвы. Читаю и глазам не верю: “Закрытое постановление Политбюро о сносе дома Ипатьевых в Свердловске. А поскольку постановление секретное, обком должен брать на себя всю ответственность за это бессмысленное решение... Не подчиниться секретному постановлению Политбюро было невозможно. И через несколько дней, ночью, к дому Ипатьева подъехала техника, к утру от здания ничего не осталось. Затем это место заасфальтировали”.