— Подправить? Да. Но всё же…
— Внешние генные маркеры — не более чем внешние генные маркеры, — построжел Ригар. — Не в твоём положении цепляться за внешний статус. Суть важнее.
Герея вздохнула. И спросила почти робко (призыватель со своим сигилом наигрыш ощутил, но невеликий — в основном его гостья придерживалась искренности):
— Высокочтимые… почему вы так добры?
Отец и сын переглянулись, улыбнулись дружно, словно репетировали.
— Я часто вижу лицо отца своего, как наяву, — очень «торжественно», так, что даже мальчик лет десяти не поверил бы в его чувства, молвил Мийол. — Обычно при одной мысли, будто от дамы в беде можно просто отвернуться, проходя мимо, лицо это хмурится. И некрасивая, трусливая, склизкая мыслишка исчезает в ужасе.
— А я — простой жабодолец, воспитанный в традициях замкнутой общины, — подхватил Ригар с едва ли не большим наигрышем. — Подобные места массово выращивают реципрокных альтруистов, живущих по принципу «ты мне, я тебе». Ну и обычных альтруистов тоже. Так что если я могу помочь — я не грызу ногти, не чешу в затылке и не потупляю взгляда. Просто помогаю.
— Даже когда помощь может обернуться неприятностями?
Новые переглядывания. И:
— Неприятности мне доставили авансом, — призыватель. — Как же я могу не оправдать чужую щедрость? Раз меня обидели ни за что — надо обязательно сделать так, чтобы пострадать не напрасно. Назло врагам, друзьям на радость.
— А я повторю за одним наглым гоблином, который вообще не гоблин… не дословно, ибо он выражался именно что как гоблин, — добавил его отец. — Но по смыслу будет так: зачем нужна возможность, если не используешь её? Или делай, или не делай! Оставь оправдания, моральные терзания и всю прочую накипь. Решай быстро и не жалей о решении. Никогда. Хочешь помочь? Не ищи причин, просто помогай! Хочешь убить? Убивай! А когда и если подоспеют последствия, думай о них в свой черёд, не раньше того.
— Гоблин?
— Не обращай внимания. Отец любит рассказывать сказки с моралью про всяких существ, обычно вымышленных. Как там… сказка — ложь, но в ней намёк?
— Детям логики урок, — покивал Ригар. — Примерно так, да.
— Всё бы вам шутки шутить, высокочтимые, — буркнула Герея. Трудноуловимую ранее толику напряжения, такую привычную, что и не заметишь, она сбросила.
Слегка расслабилась.
'Похоже, — подумал Мийол, — конденсация одарила её также улучшенной сенсорикой. Что-то вроде проверки чужих слов на каменную цельность. Поистине, Дары Крови её клана — более чем просто многогранны и многоцветны!
Да и вообще недооценивать возможности кланов нельзя. Ведь только-только прошла через конденсацию, а уже точно знает, как чем пользоваться.
И пользуется.
А мне с моим сигилом приходится голову ломать, выискивая, что где и как можно ещё…'
— Лучше шутить, чем желчью наливаться, — заметил меж тем Резчик. — Ирония и особенно самоирония — отличные средства против глупости… да и как болеутоляющее — бесценны.
— Я запомню, высокочтимый.
— Запомнить мало — надо ещё регулярно применять, не превышая дозировки. Ну да какие твои годы? Научишься, непременно научишься! Особенно когда накладную бороду нацепишь.
— Это точно не шутка?
— Это добрый совет. Оказывать благодеяния, конечно, хорошо, и мы с семьёй шанса не упускаем. Но облагодетельствовать мало — надо ещё проследить, чтобы облагодетельствованному это на пользу пошло.
— Воистину! Мало зверя выследить, надо убить. Мало зверя убить, надо разделать. Мало разделать, надо его сготовить. Мало сготовить, надо съесть, — добавил призыватель чисто планетерранской мудрости.
— Лишь тогда обретёшь пользу, — закончила поговорку Герея.
— Да, а зверодемона в один укус не съесть, — разошёлся Ригар. — Только постепенно, кусок за куском. Сейчас мы с тобой примерно на этапе разделки. Угощаться рано, надо провести уйму разнообразных, преимущественно грязных и утомительных процедур. Потому что ничего ещё не закончилось, самое сложное — впереди.
— То есть говорить о будущем нет смысла, пока я не вернусь и эн-Слиррен, ваш друг, не превратит меня в подобие этих Рафсайид?
— Именно. И на любом этапе цепочки планов что-то может пойти наперекосяк, более того: почти непременно пойдёт наперекосяк. Поэтому важно не выполнять план любой ценой, а менять эти этапы сообразно обстоятельствам, держа в уме конечную цель и не боясь импровизаций. Все эти накладные бороды, плотные плащи, исчезновения в диколесье — фальшивые и настоящие…