— Потом для надёжности их лучше тоже сжечь. Смотри.
— Ого!
Левая ладонь Шак — та, которой она касалась лица Щерки — ощутимо покраснела и опухла.
— Видишь? Это просто от короткого касания кожи и от быстро смытой крови. И сама эта гадина принадлежала к низшей касте. У средних каст уже проявляется ядовитое дыхание с аурой яда, а это сложно скрыть; потому змееногие посылают шпионить только низших и ещё изредка низких. У низких каст ядовитого дыхания нет, но пары их крови — уже отрава. Причём сильная. Сражаться с выползками низких каст среди пещер и тем более подземных узостей, не имея особой алхимии, защитных средств и амулетов против яда — чистое самоубийство.
— А ты много знаешь про нагхаас.
— Мне мама рассказывала. Много раз. Она знала ещё больше, а я так… по верхам.
— Расскажи, прошу.
— Зачем тебе? — алурина отступила на полшага, прижимая уши и сощурясь.
— Интересно.
— И только?
— Шак… что ты знаешь о Пути Мага?
— …
— Некоторые называют Путь Воина также путём силы и путём конфликта. Путём оружия. А Путь Мага — это путь Знания и путь Тайны. И… путь любопытства.
— Смешно.
— Однако это так. Хороший маг, как говорил мне мой учитель, движим страстью познания. Маг может убивать и исцелять, призывать существ из иных слоёв пространства и подчинять своей воле стихии, вкладывать энергию в косную материю и придавать форму артефактам. Маги могут даже трансмутировать живое и чудотворствовать. Но какую бы ветвь неохватного искусства магии ни выбрал адепт — он или она, желая преуспеть, должны неустанно искать новое. Утолять вечный голод души, пылать интересом ко всему сущему. Это основная потребность, самая суть магов. И все их способности, от полёта под облаками до сотрясения земли, приходят потом, как результат удовлетворения любопытства.
— Именно поэтому, — сказала Кавилла, подходя ближе, — я выбрала мистическую алхимию и целительство. Когда решала, что стану изучать. Лет десять мне тогда было или даже меньше. О всяких женских штучках, вроде улучшения внешности или создания косметики, я не помышляла ещё. Но я знала, что дороги познания требуют времени. А мистическая алхимия и целительство — именно те ветви, что позволяют прожить дольше самым простым и прямым способом. В десять лет я решила, что хочу жить вечно, чтобы вечно узнавать что-то новое. Смешно, не правда ли?
— Нисколько! — Жарко возразил… нет, не Хантер, а Мийол. — Твоя мечта так же прекрасна, как ты сама, и… я высоко оценил твою откровенность, поверь.
— Льстец, — хмыкнула ведьма, уныло-утилитарный наряд которой испятнали различные субстанции, среди которых кровь была лишь самой обильной. Даже на её очках остались алые разводы! — Посмотри на меня повнимательнее… или яд замглил тебе зрение? Давай-ка я ещё раз тебя обследую, для надёжности…
— Снова пустишь в ход Среднее Сканирование Лимрана?
— Допустим… да?
— Разрешаю.
— Что?
— Ты спасла мне жизнь. И не только мне. Так кто я такой, чтобы препятствовать твоему желанию узнавать новые тайны? Если хочешь, я могу подарить тебе одну или две из моих. Или три. Это всё равно будет ничтожно малой платой за помощь.
Не дослушав, Кавилла начала отрицательно качать головой.
— Нет, Хантер. Нет. Или… не сейчас.
— И то верно. Мы дорого заплатили за… победу. Слишком дорого. Пора воспользоваться её плодами, чтобы вернуть всему этому хоть немного смысла. Но сперва надо сделать кое-что ещё.
— Что?
— Рикс, — маг повернулся к единственному более-менее целому Воину в их компании. — Ты вроде бы здоров, по крайней мере, на ногах стоишь твёрдо… стоишь?
— Да.
— Тогда помоги дотащить до места эту штуковину.
…гномьи сокровища в итоге оказались разочаровывающе скудны. Более девяти десятых всего того, что нашлось на складах «Артефактов чёрных гномов», проходило по тому же классу, что и пресловутый «диск нагревательный средний». Бытовые магические предметы, одним словом — полезные и дорогостоящие, бесспорно, но Хантеру не нужные. Поскольку чем больше всякого навьючено на Зунга, тем меньше времени можно провести в диколесье. Комфорт ради комфорта никогда не привлекал Мийола. Удобства он любил, конечно, но ценил их невысоко.
Главной драгоценностью, оставшейся от Симтана, являлась мастерская. И неплохой запас расходников для создания новых артефактов. Часть их имела весьма высокую стоимость… для эксперта в артефакторике, которым Хантер не являлся. Он скорее впустую извёл бы редкие ингредиенты, самое большее — успешно создал сколько-то низкокачественных вещей из материалов среднего качества. И мастерскую утащить с собой он тоже не мог. А в разграблении её с растаскиванием самых редких и полезных инструментов не видел смысла. Вместе с мастерской они стоили дорого, особенно в умелых руках. Отдельно от подготовленного помещения и в руках Мийола… меньше. Намного.