— Фсс. Чешуекожая погань противна естеству. У них нет ничего нормального!
— Не знаешь ты, что такое настоящая ненормальность… и всё-таки: что это за шутки с кастами? Может ли низшая командовать низкими, чем вообще отличаются разные касты?
Шак раздражённо дёрнула ушами, раз и другой. Однако ответила тут же:
— Вроде… вроде у этих гадин всего восемь каст. Но про четыре «истинных» я мало знаю. Только то, что они змееногие. И что лучше умереть, чем их встретить.
— Уже больше, чем ничего. А остальные четыре?
— Это низшие, низкие, средние и… приближённые? Да, точно, приближённые. Все четыре касты — двуногие. Низшие дальше всех от истинных… от мерзости. И больше всех похожи на нас. Ну, на правильных говорящих разумных.
— Кого?
— Алуринов, мергилов, людей. Гномов чёрных и гномов белых.
«Интересный порядок перечисления», — подумал Мийол-Хантер. Но прерывать Шак не стал — рассказ и так давался ей с заметным усилием.
— О приближённых мама говорила… нет, это явно байки-страшилки… вот со средними и низкими всё понятнее. Это как треугольник: наверху средние, справа низкие, слева низшие. Вот.
— Так чем низшие от низких отличаются? — не выдержал маг.
— Умом и ядом. Низшие умны, они хитростью с подлостью возмещают свою слабость. И шпионят для змееногих. Природного яда в них очень мало, но есть подчиняющая сила. У низких ни ума нет, ни хитрости, ни подчиняющей силы. Только яд. И численность.
— Они быстро плодятся?
— Скорее, их разводят. Низкие у чешуйчатой мерзости… да. Почти как скотина. Плодятся… мама рассказывала… не низкие, а средние. Низкие и низшие — это отродья средней касты. Или это низкие от средних, а низшие… не помню.
— Так, — сказал Хантер. — Если я правильно понял… нагхаас низшей касты ближе всего к гуманоидам и дальше от змееногих. В том числе буквально, поскольку проникают на чужие территории для разведки. Яд слабый, ум средний, подчинять разумных умеют. Нагхаас низкой касты тупые и ядовитые. Их много и жизнь их стоит мало, действуют под контролем средних. Также низкие — это приплод средних. Последние тоже ядовиты… так же, как низшие, сильнее-слабее? Подчинять умеют?
— Не помню… не уверена. Вроде бы яд как у низких, ум и подчиняющая сила как у низших.
— Понятно. Соединение сильных сторон двух подчинённых каст. Должно быть, Щерка не сама по себе суетилась и не под прямым контролем змееногих, а имела ближнее начальство. Кого-то из средней касты. Заодно понятно, почему тупицы из низких влезли в магическую ловушку и подохли. На то они и тупицы. Магию ведь они не чуют?
— Нет… — помолчав, Шак созналась. — Не знаю.
— Подорвавшиеся точно не чуяли, иначе не влезли бы в капкан и не сдохли. А как вообще у нагхаас с Путём Мага? И заодно — с Путём Воина?
— Приближённые. Магией владеют они. Ну, и змееногие тоже… наверно. А вот Воины из чешуекожей погани так себе. Они от природы слабее, и если б не подлые уловки, если б не яды… мы бы их раздавили! — почти прорычала алурина.
— Возможно, — сказал Хантер дипломатично. — Вернёмся к ситуации в Лагере. Прав ли я, предполагая, что некоторое… излишне близкое соседство с нагхаас для живущих там — не новость?
— Да уж точно не новость, — проворчал Рикс. — Те партии Охотников Подземья, что ходят в направлении горных ворот и те, что спускаются ниже центрального слоя, исчезают чаще прочих. Это всем известно, туда особо и не суются.
— Ясно. А что с динамикой?
— С чем?
— Ну, в последнее время Охотники исчезают чаще, чем раньше? Опасность нагхаас стала ближе к Лагерю-под-Холмом? Ходят ли слухи про возможность нападения на сам Лагерь?
— Слухи такие ходят, сколько я себя помню, — сказала Шак.
— Но Охотники Подземья давно не умирали и не исчезали так, чтобы это связали со змеелюдами, — добавил Рикс. Запустил руку в волосы на затылке, нахмурился, припоминая. — Три недели назад новичка в команде Хапа Пролазы заел кислый моховик. Пять недель назад людям Лобастой не повезло: наткнулись на какого-то сильного исчезника, четверо сбежали, двоих не досчитались. Ещё раньше банда Слизняка распалась после поножовщины, но там тоже всё ясно: не поделили Ядро Сути и броневые чешуи Ужасного Глубинника…