Как по мне, надо радоваться. Ведь заработок-то честный. Риском оплаченный.
А мой базилар только вздохнул и сказал: вот именно, что совершенно честный.
Иногда я вообще его не понимаю.
__________
1.1.3.3.3218
Резко стала популярной. Очень. Без преувеличений — в разы.
Стоит пройтись по общей территории гильдии до библиотеки и обратно (вернуть старую учебную литературу, забрать новую), как «ту самую рыжую» начинают разглядывать, обсуждать, шушукаться, ахать-охать. Многие подходят, желая познакомиться. Старые знакомые (ещё век бы не видать паскудных этих размалёванных /зачёркнуто/ рож!) тоже подходят.
Изо всех сил изобретают подкаты, откровенно льстят. Вытягивают на разговор.
Пытаются вытянуть. Пха.
Не обольщаюсь. Этот резкий прилив внимания связан не со мной. Вообще. Сама я как была /зачёркнуто/, так и
/Зачёркнуто/
/Зачёркнуто/
Дуэли подмастерьев — сами по себе не частое дело, хотя и не особо редкостное. Но вот прямая дуэль магов — уже нечто экзотическое. С пролитием крови — ещё более экзотическое. При огромном неравенстве в опыте (мой и полугода на пятом уровне не провёл, сравнительное число дуэлей тоже говорит само за себя), а также разнице статусов победить мага из Кордрен — боги заоблачные, настоящего эн-Кордрен!
…а ведь мой базилар даже не использовал талисман Средней Комплексной Незаметности. До последнего сохранял и не показал этот козырь. Победил без полного усилия.
И знатоки оценили это. Не просто победа, а победа за явным преимуществом. Не каждый способен… вот так.
Теперь гильдия гудит. Слухи летают туда-сюда.
Скорей бы всё это закончилось.
__________
5.1.3.3.3218
Достигла плотн. 1,47 об. 298 рез. 438. Ещё один маленький шажок к порогу.
Приятно до безумия.
Едва ли не всем существом своим чувствую, как заветный момент становится ближе. Даже надежда на переход к пятому уровню до двадцати пяти теряет своё звание.
Какая же это надежда, когда составлены графики роста ауры и план прорыва?
Страшно — и весело.
Какая же я везучая сволочь!
__________
2.2.3.3.3218
Отпраздновали д.р. Шак. Пятнадцать лет.
Признаться, сперва она мне не нравилась. Я даже боялась её. Потому что — ну, алурина же! Скрытница, прирождённая убийца, нелюдь!
А потом это заметили. Неприязнь мою. Страхи.
Ну, я бы и не смогла таить долго… нынче, даже общаясь бегло, не уделяя много времени и внимания, меня понимают лучше, чем… то есть… /зачёркнуто/.
/Зачёркнуто/
Шак говорила со мной — правда, не очень удачно, но вроде хотела наладить /зачёркнуто/. Ригар со мной говорил. И мой базилар. Рассказал, как они с будущей ученицей его познакомились. Как вместе охотились. Как она училась и росла.
Но Ригар — он поистине расставил всё по местам.
Правда, в его изложении отношения меж разумными видами выходят какой-то… не знаю. Толкотнёй? Тихой войной? Просто гонкой?
Кто кого съест первым? Внимание, старт!
…но ведь не поспоришь с его доводами. Он вообще как /зачёркнуто/.
__________
4.2.3.3.3218
Вспоминала про Шак. Ну, а про неё вспомнили гуманисты.
В гильдии есть небольшой кружок, где они собираются. Название: то ли «Человеческое, истинно человеческое», то ли какое-то похожее. Считается, что наши гуманисты распределены меж зелёным и жёлтым, ближе к последнему. То есть центристы, умеренные. Хотя, по словам некоторой их части судя, то многие как минимум оранжевые, а как максимум…
И ведь я раньше полагала, что в их позиции ничего такого нет. Что многое у них здраво, логично, чуть ли не естественно. Ведь /зачёркнуто/.
А потом — Шак.
И в лицо мне посмотрела истина. Которую пришлось признать, чтобы не выглядеть для моего базилара /зачёркнуто/.
Ригар посоветовал мне приём, и я последовала совету. Поговорила с ней, закрыв глаза и тем нехитрым трюком обходя вниманием внешность.
А теперь воспринимаю гуманистские тезисы с… усмешкой.
Да.
Где якобы природная агрессивность? Где ограниченность речи и мысли? Где наглость, импульсивность, жестокость, прочее такое? О предательской сущности вовсе смешно: если вообще есть в мире честная преданность, то…
Короче, Шак — нормальная девчонка. Поумнее даже и поприятнее /зачёркнуто/ многих.
И вот неофиты из «Человеческого, истинно человеческого» набрались наглости — видимо, как Ригар хмыкнул, правильной наглости: не вонючей алуринской, а благоуханной истинно человеческой — прийти в наш мезонет. И бросить вызов ученице моего базилара.