Формула: «Оскорбительное присутствие нелюди рядом с полноправными гильдейцами».
Алурина приняла вызов. Встретится со вторым секретарём клуба гуманистов через неделю.
Страшновато мне за неё. Дуэль-то прямая, и условия…
__________
4.3.3.3.3218
Дуэль состоялась. Условия: «зачарованное оружие, зачарованная броня, любая алхимия». Вызывающий хотел отселить Шак куда подальше, желательно из Лагора вон.
Прямое использование скрытности запретили, не пожалев ради этого поставить на кон не самое малое количество очков вклада. Почти четверть от того, что выиграл в бою с Каремитулом мой базилар. Всем клубом скидывались, не иначе.
Зря я за неё боялась.
Шак противника просто размазала. Без видимых усилий, быстро и с хрустом.
Как фуска безглазого.
Да она бы кого угодно из экспертов размазала. Это её жуткое облако отравы, управляемое Магическими Манипуляциями Субстанциями… боевой токсиколог — страшная сила! Защитный талисман продавила буквально за секунды.
И всё, край.
Притом она ещё физически доминировала. Не Воин, совсем не Воин — но на краткий срок вполне уподобилась. Меч мелькал так, что глазом едва различишь. Напомнила, что от природы алурины сильнее и быстрее людей, уступая нам лишь по части выносливости.
…и сразу вослед за тем первый секретарь клуба гуманистов бросил вызов моему базилару.
«Неподобающее обучение нелюди секретам алхимическим».
Не нравится это мне.
__________
7.3.3.3.3218
Достигла плотн. 1,48 об. 298 рез. 441.
Кажется, прогресс замедляется. Признак пика? Или я ещё не добралась до него?
Даже если ещё нет — близко. Близко…
Близко!
Скорее бы.
__________
4.4.3.3.3218
Новая дуэль. Спор в мастерстве. Очень «честно» выбрана конденсомантия, в которой мой базилар, как то всем известно, начал всерьёз практиковаться совсем недавно.
Однако он почему-то согласился на столь невыгодные условия.
Стало понятно, почему, когда первый секретарь не смог отвердить ни одной пилюли за полных три часа. А вызванный им, хоть и отвердил всего-то две пилюли третьего класса, оказался при этом победителем.
Интересно, как мой базилар умудрился помешать противнику? Неужели его сигил способен даже на это? Должно быть, так.
Но эти гуманисты — такие /зачёркнуто/. Не успокоились.
Сразу после поражения пытались бросить вызов Шак. Придрались совсем смешно: цвет меха её не понравился. Мол, перекрась. Лучше сбрей. Но я, кажется, чего-то не знаю, потому что алурина аж зашипела. Моему базилару пришлось её аурным давлением успокаивать.
Успокоилась — отказала.
И просто ушла в скрытность.
__________
5.4.3.3.3218
Не хотят принимать вызов — сделайте так, чтобы сами его бросили.
Вот гуманисты и стараются. Хулиганят. Рисуют на стене около нашего мезонета всякую похабщину и надписи срамные. Мол, Мийол для Шак не просто учитель, он ещё её /зачёркнуто/. И его отец её /зачёркнуто/, и ассистент её /зачёркнуто/, и /зачёркнуто/, и /зачёркнуто/.
Постоянно повторяются. Как заметил мой базилар — никакой фантазии.
Глупо. Тупо. Но раздражает.
Смывать это всё приходится в основном мне. Иногда подходящий растворитель удаётся подобрать лишь с третьей-пятой попытки.
Интересно, они вообще сознают, что таким поведением попросту позорят человечество, которое якобы защищают и превозносят? Что от такой «защиты» нормальный разумный, завидя их, будет в переулках прятаться?
Ригар сказал — нет. А потом, словно цитируя, выдал: «Я хороший, мне всё можно».
Я сперва похихикала. Пока не осознала. Правда, не сама — опять Ригару пришлось…
Назови себя хорошим — и даже оправдываться не надо. Что «хороший» делает — конечно, тоже хорошо. Он же хороший! Хотя бы для себя.
А вокруг плохие. Или просто плохие, или не такие хорошие.
Раз не такие хорошие, и тем более, если плохие — можно их, плохих, хоть грабить, хоть бить, хоть /зачёркнуто/.
Хороший от этого становится только лучше. Он же с плохими борется!
Хулиганством, например. Разрисовыванием стен.
Хороший.
Но это мелочи и начало для подогрева. Он ведь останется хорошим, даже когда пойдёт громить. Грабить. Когда кого-то «плохого» снасильничает.
Он хороший. Всегда. Даже когда калечит. Травит, режет, жжёт. Убивает.
Хороший! Всё равно хороший! Которому можно всё.
То есть вообще всё.
Перепишу дословно. Или почти дословно.
«Это старый, неизменно эффективный идеологический приём: когда назначают врагов — при этом сами сплачиваются, что хорошо, и утрачивают способность смотреть на врага, как на себе подобного, имеющего с тобой что-то общее. Что тоже под каким-то углом хорошо.