Вальяжно откидываюсь назад, опираясь кистями на стол, и изучаю его действия. Позволяю ему посмотреть на себя. Позволяю ему наслаждаться моим видом. Песик – колбаска. Сама же наблюдаю за его лицом и за каждым движением, пытаясь поймать в его глазах хоть что-то человеческое, кроме стальной уверенности и животной похоти.
Но эти его вопросы… Слишком личные. Слишком быстро он пытается не просто залезть мне под юбку, но и норовит залезть в душу. А это – та территория, куда доступ закрыт. Даже в таком состоянии, когда все тело кричит «да», ум цепляется за последний оплот контроля.
Позволю ли я этому случиться? Или все-таки остановлюсь? Пока он наслаждается моим телом, я наслаждаюсь властью над его вниманием. И пока я не решила, какое из этих двух наслаждений окажется сильнее.
Господи, какие же вы мужики все одинаковые уроды! Как вами легко управлять, только лишь позволив потрогать себя…
Раздел 1.5.4.
Мика.
Спустя мгновение, когда его настырные руки уже собирались снять с меня блузку, я останавливаю эту горячую промоакцию на самом интересном месте. Снятие одежды не входит в акционные предложения моего дня!
Пока он растворялся в прелюдиях, я напрягала последние адекватные извилины и, наконец, вспомнила свое главное правило, высеченное на скрижалях горького опыта: не спать с балаболами и хрен пойми с кем! А тут, глядя на Мишку, мозг выдал еще три свеженьких пункта, прямо с конвейера:
Раз – он должен быть не из моего города (спасибо, Русик, за дельную реплику в спину!).
Два – он должен быть циничным бабником, которому плевать на меня и на разговоры обо мне (тут уже низкий поклон Руслану и самому Мише за их язычки-помело).
Три – он должен быть не женат и не в отношениях. Только холостяки (ну, тут явно понятно, почему!).
Итак, пробежимся по чек-листу. На сегодняшний день Миша подходит только по одному пункту – он московский. Я знаю, что он не женат, но какова вероятность, что у него нет какой-нибудь постоянной пассии в Москве? Фифти-фифти! А вот залезть ко мне в душу Мишаня уже попытался. Поэтому отвечаю ему на вопрос: «Разве тебя вообще можно обидеть?» с минутной задержкой:
– Раньше было можно. А сейчас, – отпинываю самонадеянного бизнесменишку ногой в живот, заставляя отшатнуться. – Нет! – и спрыгиваю со стола, торопливо спуская юбку и застегивая блузку.
А этот ржет. Тяжело дышит сквозь раздутые ноздри. Губешки облизывает, не сводя с меня горящего взгляда. Момент смакует. У него между ног все торчит ТАК, что я реально могу оценить уровень его нехилого богатства даже через брюки. Наглядное пособие по анатомии, больше мне нечего сказать.
– Ты же дала понять, что согласна… – молвит он сквозь свинцовую отдышку и эту свою противную, довольную улыбочку, крепко держась за ширинку.
– Много болтаешь! И не по делу! Перехотела, пока ты молол язычком, – киваю на выход. – Пошли! Скоро уже закончится официальная часть!
Нажимаю на кнопку вызова лифта и, не дожидаясь Мишу, захожу в кабинку. Двери закрываются, и я наконец-то расслабляю голову, пока еду в одиночестве, прислонившись к холодной стенке.
«Охренеть! А че, так можно было? Вот это у меня сила воли!»
Не буду врать – я безумно хочу его! Но вокруг нас так много факторов, которые не дают мне право продолжать такой тесный контакт. Мы только компаньоны. Меня прям кидает в разные стороны. Я и хочу, и понимаю, к чему это приведет. Нельзя! Нельзя…
Поскорее бы найти замену Русику! Да и Миша попался какой-то слабенький. Вопросы еще эти свои задавал. Какая ему, вообще, разница, что со мной происходит или происходило? Идеальный алгоритм: раздвинул ноги, сунул, вынул и пошел! Его ошибка в том, что он дал мне время одуматься.
«Че им вечно охота со мной поговорить-то? – думаю, глядя на свое разгоряченное отражение в зеркале лифта. – Неужто нельзя просто заняться сексом без этих душевных копошений?»
Еще раз проверяю внешний вид, поправляя растрепавшиеся волосы, и выхожу из лифта, принимая дежурно-радушное выражение лица. УЛЫБАЕМСЯ И МАШЕМ, КОЛБАСКИ!
Отельный тиран Наталья стоит на своем посту и с гордостью провожает меня взглядом. Видимо, думает, что Мишаня уже отчитал меня, как провинившуюся шкодницу. Глупышка! Не на ту напала!
«Ну нече, Натусик! Живи пока! Позже тебя съем! Сейчас нельзя! Тут мама с папой! Потом еще заругают, в угол поставят, а я не хочу их огорчать!»