– Конечно, нет. Я только за. Мне главное, чтобы меня не трогали.
Ибра играет со мной бровками, улыбаясь.
– Как можно не обратить на тебя внимание? Ты издалека видна!
– Ну вот в том-то и дело. Вы обращаете на меня внимание, а этот – нет. Мне такое отношение нравится.
Брови Ибрашки снова нахмурились. Взгляд стал неласковым.
– Он тебе нравится?
– Ну, не так чтобы прям нравится… – бормочу, а сама уже дергаю ногой под столом. Не люблю, когда на меня так давят глазами. – Мне приятно, когда мужчины смотрят на меня не как на телочку…
Друг оглядывает меня с ног до головы с насмешкой и вновь не дает досказать:
– Это сказала Мика, которая одета в легкую мини-тряпку с разрезом и в топ без лифчика? Ты хоть соски свои для начала спрячь, а потом говори мне че-то.
Поглядываю на свою грудь, а у меня и вправду все так и кричит о том, что мне прохладно в тени. Довольно улыбаюсь и поднимаю взгляд на Ибрашку.
– То есть, если я так одета, то я легкодоступна?
– Ну, если бы это говорила мне не ты, то я бы сказал – да!
Тешу свое самолюбие следующим вопросом:
– А что меняет то, что это говорю я?
– Я прекрасно знаю твоих родителей и знаю, как тебя воспитывали.
– Но это же знаешь только ты.
Ибра усмехнулся, откинувшись на спинку стула, запрокинул руки за затылок и лениво почесал свою густую гриву, глядя на меня с легкой насмешкой.
– Мы катимся в пропасть.
– Ладно, твоя взяла. Да, я выгляжу немного раскрепощенно, но разве я не могу одеваться, как хочу, и оставаться при этом серьезным человеком?
– Можешь, но только когда будешь так одеваться дома. При мне.
– При чем тут ты? – взмахиваю бровью от удивления.
– Ну, в нашем доме. Я буду просыпаться, а ты, вот такая, с колющимися сосочками, будешь лежать рядом.
– Ибра! – закатываю глаза, рассмеявшись. – Такого не будет! Хватит! У нас ничего не получится! Ты для меня друг и всё! Этого не изменить!
– Тебе это так кажется. Ты просто еще не понимаешь, от чего отказываешься. Рано или поздно ты поймешь, что кроме меня ты быть ни с кем не сможешь. Я – твой лучший вариант.
Усмехаюсь такой напыщенности, покачивая головой.
– Думаешь, я настолько безнадежна?
Ибра парирует уже серьезно:
– Думаешь, я настолько плох?
Вздыхаю, оглядывая террасу, и поворачиваюсь к нему, немного обдумав ответ.
– Я не хочу такой семьи, как могла бы быть у нас. Возьми, к примеру, твою маму. Что у нее есть? Дом, ты, бабки, бизнес, который совершенно не зависит от нее. Конец. Я так не хочу.
– Это издержки.
– А мне таких издержек не надо. Из всех женщин нашего окружения хоть как-то счастлива только моя мама. Папа вовремя вышел из дел и ушел в коммерцию.
– Твой папа никогда не заканчивал ничего. Он до сих пор в теме.
Шок! Отвожу взгляд в сторону, упираюсь локтями в стол и подпираю голову ладонью. Ухожу в себя. Честно, не ожидала, что папа до сих пор крутится во всем этом. Нет, я при удобном случае могу сообщить неприятному собеседнику, что являюсь доченькой бандитского папочки, но мне и в голову не приходило, что он реально продолжает это дело. Да и вокруг него давно не видно стай этих «медведей».
Перед глазами встает тот день, когда я впервые увидела эту толпу у нас дома. Они просто пили чай и обсуждали какие-то вопросы, а я уже была вся на измене. Они были такие суровые, властные, накаченные. Ну, явно не такие, как Ибрагим. Наверно, если бы Ибра был немного внушительнее, я бы посмотрела на него иначе, но сейчас он вызывает у меня только дружеские чувства. Друг, братишка, не более...
– Так и что? – переспрашивает он, все еще ожидая моего ответа, облокотившись на стол. – Твой папа же разрешает маме всё. Она живет, как хочет.
– Послушай, – начинаю, кладя руку ему на ладонь и мягко сжимая ее. – Я очень хочу с тобой дружить, но не больше. Мне кажется, нам пора закрыть эту тему. Пожалуйста. Никаких отношений у нас быть не может. А уж тем более семьи. Никогда.
Ибра лыбится, прищуривая на меня сомневающийся взгляд.
– Ты все-таки запала на этого московского? Да?
– Нет, – обманчиво машу головой, стараясь сохранить нейтральное выражение лица. – Я и до него так думала, и говорила тебе об этом. Разве не так?
– Допустим… – неохотно кивает он.
– Ну вот и всё, – развожу руками с довольной лыбочкой. – Правда, я очень хочу сохранить наше общение, но с каждым разом все заходит слишком далеко. Давай лучше сейчас расставим все точки над «i».
– Мне тяжело вот так взять и в секунду убить свои чувства.