Я очень жду сегодняшней ночи. Не для того, чтобы что-то доказать ему. А для себя. Хочу еще раз – в последний раз – принять эту ласку, которую, возможно, никогда больше не встречу. Запомнить его взгляд полный желания. Крайний раз почувствовать его кожу, дыхание, касания. И разойтись.
Пока не так больно.
Пока я еще могу адекватно признать, что я – вновь! – кому-то не нужна.
Пока не началось реальное онемение, после которого уже ничего не чувствуешь.
В гробу.
Время близится к десяти вечера. В чате вижу, что все уже готовы. Подъехав к порту, чувствую, как сердцебиение учащается. Мне пришлось выпить две таблетки успокоительного и на всякий случай прихватить препарат посильнее. Очень волнуюсь. Очень боюсь увидеть его. Мне одновременно радостно и боязно. Даже не представляю его реакцию на меня…
Не успеваю выйти из машины, как на меня летит Ксюха, размахивая руками.
– Мика! – эхом отдается по всему порту. – Микуша, ты где была?! Я тебя вообще потеряла! Я тебе звонила! Почему ты была отключена?!
Оглядываю причал...
Полумрак. Теплый свет фонарей. Беседующий гул голосов, смех. Небольшая морская прохлада, пробивающаяся сквозь дневной зной. Глухой, убаюкивающий звук прибоя, шлепающего о бетонные плиты. Столики, расставленные перед яхтами. Народ расслабляется: курит, лениво потягивают пиво или вино, пьют чай или кофе. Туристы медленно расхаживают, присматриваясь к огромным белым лодкам, кто-то уже договаривается о ночной прогулке по морю.
У яхты Руслана особенно людно. Музыка играет на всю. Окружающие танцуют под K-Maro – «Let’s Go» (старенькая песенка из моих школьных лет), значит, сейчас только начало «конфетки». Я прописала ее второй или третьей композицией для затравки и разгона крови. Ребята обнимаются, целуются, общаются и смеются. Даже Русланчик реально обжимается с Ульянкой, не заметив меня.
Как в этом мире все легко… Сегодня люди любят, завтра – нет. Сегодня хотят прожить с кем-то всю жизнь, завтра безжалостно предают. Сегодня дружат до беспамятства, а завтра готовы продать за три-четыре мультика, лишь бы купить очередную блузочку и выкурить очередную пачку сигарет за четыре сотки, не изменяя принципу: «Остальные сигареты не признаю!»
Гниль. Вокруг меня одна гниль. И, к сожалению, я считала их друзьями. А кого-то даже полюбила...
«Наивная…»
– На лечении была, – отвечаю, все так же бегая глазами за спиной Ксюши и ища того самого, ради кого я тут. – Не успела никому сказать. А там телефоны забирают на время терапии.
– И как? – ЭТА продолжает расспрос так волнительно, что меня это даже немного растапливает. – Тебе стало легче? У тебя были приступы?
– Ксюш, – вздыхаю, оглядывая ее встревоженное лицо. – Давай об этом позже. Налей мне что-нибудь покрепче, – заканчиваю, обхожу ее и ухожу вглубь порта, растворяясь в толпе.
Ночь проходит великолепно. Так и не встретившись с Давыдовым, я отпустила ситуацию настолько, что ближе к полуночи вместе с Ксюхой выдула две бутылки мартини по 0,7. Мы до такой степени пьяны, что назвать нас адекватными уже было нельзя. Наши откровенные и привычные танцы с парнями – как, впрочем, и всегда! – давно вышли за рамки понятия «хорошее воспитание».
Моя джинсовая курточка, так же как и два разбитых бокала, давным-давно в воде. Это все Донна Самер со своей «Hot Stuff». Как услышала припев этой песни, так начала шалить, как истинная Bad Gi-i-irl. А потом под мои хмельные чары попал Ибрашка. Бедный мой мальчик. Он не знал, куда себя деть, пока по порту разливалась «Sexy Girl» – Heaven и Glance, потому что реальная sexy, то бишь я, терлась об его ширинку своей пятой точкой. Ну а после этого танца я улетела в умат и разводила грязь с каждым другом, кто пришел на сей пир на костях.
Для кого-то это покажется странным и неправильным, но кто нам указ? Это наша жизнь! Ночью мы отдыхаем, а днем забываем обо всем и встречаемся по рабочим моментам, мысленно подхихикивая над вчерашними воспоминаниями.
На секунду мне даже показалось, что я снова окунулась в прошлое лет так на пять назад. Даже Ксюша мне не противна. Мне явно понятно, что она, без влияния Дугина, очень хороший человек. Он давит на нее, а она ведется, потому что любит…