– Присаживайся.
Этот молча садится, не снимая с меня недоумевающего взгляда.
– Условия такие, – продолжаю. – Можно только моргать. Первый, кто отведет взгляд – проиграл. Ставка – сто рублей.
– Сотка? – усмехнулся Миша, сжав брови.
– Именно, – по-деловому киваю.
– В чем ценность? – спрашивает он, явно не понимая подвоха.
– Для тебя это не деньги?
– Нет, – пожимает он плечами.
– Окей, – довольно лыблюсь, точно продумав его эту реакцию. И на это у меня есть «ровносильная» альтернатива. – Тогда отели.
– Все? – хмурится Давыдов, с искоркой в глазах от настоящего интереса.
– Ну да. Передача прав собственности, например. Это для тебя ценно?
– Ну… – сглатывает он небольшой ком в горле. – Сотка так сотка.
Бомба! То, что я и хотела. У него аж все упало между ног. Вот это у него дикие внутренние перепады. Соточка… Отели! Но это только начало, самая вкусная часть впереди. Изначально я, конечно, хотела по-другому преподнести ему прекрасную весть, но раз уж все завертелось у меня дома – это даже лучше. Тут у меня есть помощники…
– На счет «три», начинаем, – объявляю и приступаю к отсчету, смотря ему в зрачки: – Раз. Два. Три.
Тишина. Цепкий взгляд друг другу в глаза. Несмотря на разрешение моргать, Миша этого не делает. Классический психологический прием, чтобы вывести из равновесия. Он уже забыл про сотку, хотя мы спорим на нее, и изо всех сил борется за свои гостиницы. Уверена, он запомнил именно это, а не обесценивание ста рублей.
– Алиса! – командую в пустоту, не отрываясь от него. – Включи Le Flex – «Kiss Me».
Тишину охватывает голос моей роботизированной подружки:
– Хорошо. Включаю – «Le Flex». Песня – «Kiss Me».
Услышав первые томные синтезаторные нотки этой дико сексуальной композиции, настраивающей на расслабления, уголок его рта потянулся вверх, а взгляд слегка зажмурился.
– Не отрывай глаза! – приказываю уже не так приветливо.
– Даже не думал… – улыбчиво мурлычет Давыдов, но его зрачки уже потемнели. Он снова возбужден.
Не сводя с него глаз, начинаю свою игру в «Собачку и Колбаску». Наощупь тянусь к третьему ящику тумбочки и достаю оттуда своего «человекозаменителя» – Игорька (нет, это не в честь того Игоря, это случайность, честное слово!).
Миша, не отводя взгляда, хрипловато спрашивает:
– Что это?
– Фаллоимитатор, – так же не отлипая, отвечаю ему, улыбаясь.
Давыдов усмехается носом, прищурив веки.
– Зачем он тебе?
– Скучно. Хочу совместить три дела одновременно: послушать любимую музыку, выиграть и еще раз удовлетворить себя.
– И часто ты этим пользуешься?
– Сейчас редко. Пока что ты его хорошо заменяешь.
– Ты сравниваешь меня с куском резины?
«Я сравниваю тебя с куском дерьма!»
– Кожа, резина, какая разница? – отвечаю вопросом на вопрос, раздвигаю ножки, нагло закидывая их ему на колени, и начинаю медленно водить пальчиками по внутренней стороне бедра, чтобы не безобразничать на сухую.
Миша вновь щурится, сбивая дыхание.
– Зачем ты это делаешь?..
– Не понимаю, о чем ты… – шепчу и на выдохе ввожу в действие «Игорька».
После моего легкого стона Миша начинает дышать глубже, но взгляда не опускает. А казалось бы, играем на сотку! Отвел бы глаза, отдал бы сотку и остановил бы этот балаган! Ан нет! ЭТО ЖЕ ОТЕЛИ!
Продолжаю изображать стонущую повелительницу резины, только уже громче, чтобы каждый звук впечатывался ему в мозг вместе с музыкой.
Вообще, все эти игрушки не доставляют мне абсолютно никакого удовольствия. Да и «Игорька» по назначению я использую впервые. Это тупой подарок девчонок с работы на мое двадцатипятилетие, который наконец-то пригодился не как предмет для хохмы.
У Давыдова краснеют щеки, на лбу проступает пот, зрачки черные-пречерные, уголок губ подрагивает, нога дергается…
«О да! Держись, мой милый! Скоро все закончится!»
Неожиданно Миша подает сдавленный голос:
– Расскажи мне о своих ощущениях… – просит он и одной рукой хватается за трусы.
– Это... – отвечаю, неподдельно дрожа челюстью. – Неприятно...
Миша продолжает, все так же крепко держась за себя, но ничего не достает:
– Тогда зачем ты это делаешь?..
– А мне со всеми неприятно... Это для здоровья...
Давыдов коротко хмыкнул.
– Скакала на мне тоже для здоровья?
– Именно так. А сейчас оно в полном порядке, – утверждаю и запускаю механизм снятия масок, вытаскивая из себя игрушку: – Кстати, была тут на досуге в Москве. Татьяна очень хорошо справляется с должностью администратора. Мне все так понравилось. Она мне столько всего интересного поведала. Только ты ее, чур, не увольняй. А она, походу, спит с Игорьком. А он же за гостиницей присматривает, да? Пока у вашего защитного Абрамчика проблемы. Еще хотела поинтересоваться: как там поживают твои детки? Как подготовка к школе? Тонечка с бабушкой помогают им?