Осознание себя. В 1916 г. Михаил Иванов достиг ключевого периода в своей жизни. Он много занимался красками, последовательно окрашивая окна своей комнаты в семь цветов спектра, чтобы почувствовать их различие. Юноша медитировал на каждый цвет по нескольку дней и наблюдал за их воздействием. В медитации на фиолетовый цвет ему без труда удалось выйти из своего тела.
Однажды Микаэль поднялся с друзьями на гору Мусала высотой 2925 метров. Долина внизу лежала в густом тумане. Он спросил друзей, какое из озер им хочется увидеть в долине, потом поднял руку, и, к удивлению всех, показались четкие очертания желаемого озера. Потом он опустил руку — и озеро исчезло в тумане.
Он почувствовал, что обладает огромной силой, которую может обратить либо во благо, либо во зло, и он был предупрежден посредством удивительного видения о том, к чему приведет каждая из выбранных возможностей. Согласно его воспоминаниям, в видении пред ним предстал грубый, крайне жестокий, но очень могущественный человек, человек непобедимый, тяжелый и свирепый взгляд которого пронизывал и разрывал все, что встречалось на пути. Затем ему было явлено другое существо, радость, доброта, кротость, гармония, любовь и самоотречение которого были настолько велики, что его лицо и все его тело сияли невыразимой красотой. Он понял, что находился на перепутье двух дорог и что ему предстоит выбрать свой путь. «Я пошел, — говорит он, — по дороге света, бескорыстия, жертвенности, потому что увидел, что Бог, являясь всем этим, также является и красотой, самой великой, самой совершенной».
Также, согласно еще более поздним ретроспективным осмыслениям мудреца (он упомянул об этом случае впервые в 1968 г., во время цикла лекций о солнце, 52 года спустя после пережитого в 16 лет), его жизнь была глубоко отмечена еще одной ситуацией. Он прочитал маленькую брошюру, где описывались дыхательные упражнения, и начал целыми часами заниматься ритмическим дыханием. Однажды утром он начал с чтения книги, где описание невидимого мира вознесло его на такую высоту, что на какой-то момент он почувствовал, что проглотил каплю небесного огня. Он потерял голову, так как красота этих областей, более реальных для тех, кто их посещает, чем земные области, погрузила его в состояния восторга и обожания. Этот экстаз, это приобщение ко всей Вселенной в ее самой совершенной красоте спровоцировали в нем как бы внутренний ожог, от которого он с тех пор не излечился.
Однажды летним утром он (как обычно) пошел на берег моря встречать восход солнца, забрался на небольшую возвышенность и сел посреди сада. Он начал медитировать и через какое-то время ощутил вокруг себя присутствие небесных существ. Купаясь в нимбе лучезарного света, он погрузился в состояние экстаза, видение непередаваемой красоты, которое он потом не мог ни описать словами, ни поделиться этим впечатлением с другими. Позднее в редких беседах на эту тему Айванхов говорил лишь, что он видел небесную сущность, которая представляла чистый свет, вид которого оставлял такое же глубокое впечатление, как у мистиков, видевших Бога. Озарение это произошло с ним в летние месяцы, т. е. в июне — июле 1916 г.
В лекции (1970 г.) он так вспоминал об этом: «Я вышел из своего тела и услышал музыку сфер. Никогда мне не приходилось испытывать ощущения такой наполненности и интенсивности. Это невозможно сравнить ни с чем. Это было настолько неописуемо, невыносимо… Таким подавляющим было это чувство расширения в пространстве… Это было так прекрасно, так божественно, что я испугался. Да, я испугался всего этого великолепия, потому что почувствовал, что все мое существо расширилось настолько, что я могу раствориться и уйти в бесконечность пространства. Я прервал состояние экстаза и вернулся на землю. Сейчас я жалею об этом. Но я еще долго ощущал, жил и вновь слышал те несколько мгновений, когда мне было доступно, как вибрирует вся Вселенная… Гармония сфер, которую я слышал, была для меня венцом моих поисков, моего труда и опыта вне тела. С тех пор это служит для меня масштабом, образцом, моделью, исходным пунктом правильного понимания и распределения всех вещей».
С этого момента с излишним рвением он обратился к духовным упражнениям. Он сам рассказывал про это время: «… Я выворачивал себя в йоговских упражнениях на дыхание и концентрацию и, можно сказать, был из-за этого не в себе. Дни и ночи были полностью заполнены исследованиями, постом, медитацией, упражнениями на дыхание и концентрацию. В связи с этим я сильно похудел, побледнел и очень ослаб. Моя мать была в отчаянии…». В итоге в возрасте 17 лет из-за практик голодания, бессонных ночей и длительных дыхательных упражнений, в которые он погружался без наставника, Айванхов заболел лихорадкой, которая не оставляла его целый месяц. В своем бреду он просил книг, книг, много книг. Его мать, плача, приносила их ему. Он трогал их, ласково гладил и успокаивался; он не мог их читать, но ему было хорошо от того, что они рядом. Именно желание прочитать все эти книги исцелило его.