После учебы приехал старший мелкий, поскольку предпочитал не уходить далеко от дома, в отличие от младшего, умотавшего на другой край страны. Кажется, у Эли случился настоящий шок от осознания — насколько большой чужой малыш, но она мужественно кивнула и заявила — будем дружить. Бедолага даже растерялся от такого счастья.
К вечеру Мила поймала себя на нечеловеческой усталости и осознании отсутствия Серёжки рядом. Ей требовался слушатель, способный понять и разделить эти эмоции. А он остался за полмира! Но это не помешало сначала написать сообщение, а потом принять звонок и высказать всё то же вживую.
Сергей слушал, поддакивал и явно развлекался. Чуть позже к обсуждению присоединилась сама Эля, а потом и Яр. Знакомые по связи мужчины вежливо поздоровались и разошлись, чтобы выслушать Элю по отдельности.
Мелкая терялась в незнакомой компании и как-то хорошо улавливала то ли настрой Милы, то ли ее ауру, то ли еще что-то. Она всегда по первости пряталась, но в теплых и своих местах, с точки зрения Милы или Серёжи, быстро начинала показывать себя. Как случалось в Новосибирске, так произошло и здесь. С другой стороны, если настороженность никуда не пропадала, то и Эля не отлеплялась от ноги.
Может, поэтому навещать родственников с ней оказалось удивительно комфортно. Разобравшись, что есть что, она довольно быстро находила себе новую компанию, как злополучного Джесси — старого колли Яра, и третировала их. Еще Эля общалась со всеми, составляла компанию каждому и радостно носилась кругами, аккуратно тем не менее преодолевая лестницу.
К пяти ее разморило настолько, что Эля уснула, приткнувшись в уголке дивана.
— Укатали сивку крутые горки, — прокомментировала Настя.
— Что это означает? — тут же поинтересовался ее младший сын Костя.
Ему принялись объяснять исходник и суть, а Мила перенесла кроху в кровать.
Можно сказать — знакомство задалось.
Отдых у брата всегда оставался отдыхом. Отношение, атмосфера, ощущение дома с уютом и теплом позволяли расслабиться и переключиться на себя и свое состояние, обычно не столь умиротворяющее по приезду, но переходящее в подобное к моменту отъезда.
Три недели пролетели моментально, хотя очень остро ощущалась нехватка собеседника. Всё же с Сержем, как начал звать его Яр, было приятно общаться и делиться эмоциями. И даже каждодневное общение это дело не компенсировало. Разница во времени сказывалась не слишком приятно. Впрочем, лучше так, чем никак вообще, понимала Мила и продолжала звонить или отвечать на звонки. Иногда сказать привет забегала Эля, если вспоминала и не была занята ничем более интересным.
Она моментально нашла на детской площадке компанию по душе, которую начала учить своим играм и радостно взялась осваивать местные. Как ни удивительно, но игры у детей различались. Так как район брата относился к благополучно-спокойным, детей можно было оставлять с минимальным присмотром взрослых. Как правило, пара мамочек оставалась со всеми пятью-семью милыми крохами. Иногда это были папы и раз-другой даже няни. Мила по первости дергалась, но вскоре перестала.
А еще она посетила кучу мест, рассчитанных на таких вот мелких, съездила с ней в Диснейленд и выбралась до Большого каньона. Конечно, по-хорошему Эля была еще маловата для такого, но парк развлечений ей понравился, а каньон напугал размерами и бесконечностью. После поездки как раз осталась неделька отдохнуть и прийти в себя, и тут Пирожочек разошлась во всю с новым кругом общения.
Сложно сказать, что именно так сказалось, но факт оставался фактом — Эля снова выросла и повзрослела.
Мила же погрязла в своих переживаниях и размышлениях. Яр занимался работой постольку-поскольку, Настя вовсю развлекала, племянники ставили в тупик логикой и размышлениями, а еще отчетливо выраженной готовностью присматривать за мелкой. И всё это настолько меняло привычный придуманный ритм жизни в гостях, что сбивало с толку. С маленьким ребенком всё оказалось совершенно иначе. Или она сама стала другой?
Нашлись новые общие темы с братом, хотя, казалось бы, откуда? Нашлись новые темы с Настей, но это понятно, материнство — тема классическая. Даже с великовозрастными подростками и то нашлось, что обсудить. Им, кстати, было интересно, и дети выразили готовность приехать на родину предков осмотреться.
Мила слегка охренела от этого заявления, но, разумеется, выразила желание видеть их в гостях и пообещала встретить, приютить и помочь со всем и вся.
Все эти новости, события, а главное — эмоции, требовалось с кем-то разделить. И лучше всего подходил почти виртуальный друг откуда-то там. Виртуальный друг только посмеивался над подобным определением, но не спорил и дружбу через сеть не прерывал. А еще поддерживал, слушал, советовал, рассматривал фотографии и высылал ответы.