- Чёрное заклятье уйди, здоровье другу возврати, хворь отступи, улыбку верни! - Мила всё повторяла и повторяла еле слышным шепотом. Она не слышала, как Ярим, сказал совсем молодому магу, что бы тот принёс горячего чаю, потому что видел, как с каждой минутой всё сильнее бледнеет её лицо, - Чёрное заклятье уйди, здоровье другу возврати, хворь отступи, улыбку верни! - она вздрогнула когда. Ярим, взял её за плечи поднимая.
- Постой, может у меня всё же получится! - Мила попыталась вырваться.
- Уже получилось, - он привлёк её к себе, заставляя уткнуться в грудь, - моя неправильная ведьма.
Мила с трудом открыла глаза, почему так трудно было открыть глаза? И ноги дрожат от слабости. Хорошо, что он держит её, а то уже упала бы. До сознания с трудом доходят его слова.
- Получилось?!
- Сама посмотри, он разворачивает её к постели с больным. Кожа ещё с серым оттенком, и он без сознания, но на лице улыбка, - что ты там шептала, про улыбку?
Девушка нахмурилась, говорить то же было трудно, горло как будто раздирало когтями, страшно хотелось пить.
- И что он теперь постоянно улыбаться будет? - раздалось, где-то из темноты.
- У него хорошая улыбка, озорная, хоть и старик, - произнесла еле слышно.
- Откуда ты её взял, таких ведьм не бывает, - молодой маг предложил кружку, из которой пахнуло травами.
Мила протянула руку, но её пальцы дрожали.
- Я помогу, - Ярим сам взял кружку и поднёс её к губам девушки.
Он уже успел посадить её в кресло, Мила с удовольствием отпила горячего сладкого напитка, и с удовольствием прикрыла глаза, чувствуя, как тело разливается внутри.
- Разберёшься, какие тут травы? – Ярим аккуратно отвёл непослушную прядку от лица девушки.
- Ромашка, мята, чабрец, что-то ещё, не пойму…
- Одуванчик, корень одуванчика.
- Почему он в себя не приходит? - она кинула обеспокоенный взгляд на старого мага.
- Теперь придёт, - Тар сел перед ней на корточки, разглядывая лицо, - откуда ты такая?
- Рассказать, не поверишь, с кладбища! - усмехнулась Мила, ей стало немного лучше.
- Ярим, ты, что нежить поднял? А я думаю, почему в таком виде.
Мила оценила шутку, но отреагировать не смогла, усталость наваливалась всё сильнее, она закрыла глаза, жутко хотелось спать. К губам снова прислонился край кружки.
- Допивай, тебе силы нужны, - маг нежно провёл по пушистым волосам.
Послушно сделала несколько гладков, и… уснула. Даже не поняла, в какой момент уснула. И как в своей спальне очутилась, то же не помнила. Проснулась ночью, когда по стеклу забарабанил дождь. Открыла глаза, Ярим, спал в домашних брюках, поверх одеяла. А она в ночной сорочке, под одеялом, немного смутилась, потом махнула рукой. Маг во сне обнимал её. Тихонько выбралась из его сонных объятий. Подошла к окну, открыла, в лицо брызнули капли дождя. Захотелось выбраться наружу, постоять под тёплым летним дождём как в детстве. На цыпочках прошла через спальню, гостиную, спустилась по тёмной лестнице вниз, и наконец, оказалась на улице. Развела руки в стороны, подняла лицо, подставляя под капли. Её сорочка вымокла моментально и теперь облепила тело. Но это было так не важно, ей удалось помочь Ладону, осознание свершения чуда наполнило душу торжеством. Она смогла, у неё получилась! Понимания того, что она может творить колдовство, помогая людям наполняло теплом всё её существо.
- Я настоящая ведьма, - прошептала она, обращаясь к небесам, хотелось кричать, но она боялась разбудить кого - ни будь.
- Ну, да, - раздалось, откуда-то сзади, - только очень мокрая и босая.
Мила обернулась, Ярим, стоял тут же, то же мокрый и босой. И то же улыбался.
- Ну и что! - воскликнула, и закружилась по двору, смеясь.
- Простынешь, сумасшедшая ведьма! - он поймал её на очередном витке, прижал к себе, заглядывая в глаза.
- Мы завтра по быстренькому сходим к Ладону?
- Сходим, - вдруг он перестал улыбаться и приблизил лицо. Не встретив сопротивления, коснулся губами её губ, - Мила, - оторвался, глядя в её святящиеся глаза. В другой раз наверно его напугали бы светящиеся глаза ведьмы, но не сейчас, она манила его, и он поцеловал со всей страстью, на которую только был способен, и она ответила. Дождь хлестал по их телам, а они целовались. Миле больше не хотелось думать ни о чём, она не могла сейчас сопротивляться себе, и отдалась на волю этого мужчины, что так страстно ласкал её тело. Открыла глаза, когда почувствовала, что дождя больше нет. Они стояли в спальне, Ярим, расстёгивал пуговицы на её сороке, улыбнулась и провела по обнаженной спине мужчины ощущая пальцами твёрдые мышцы. Он почти зарычал, когда почувствовал её пальцы на своей обнаженной груди. На мгновение он отстранился от неё: