Его руки нежно гуляли по всему телу. Лишь замерев на миг и сказав, что он будет аккуратен, прикоснулся мыльными руками к груди. Движения Сеера можно было сравнить с реставрацией книг, когда попался настолько древний фолиант, что может рассыпаться даже от простого дуновения ветерка. От его заботы и понимания, в уголках глаз наворачивались слёзы, так что я очень обрадовалась, что вода включена. А то опять, переполошился бы. Мне нравилась, вот так вот стоять под струями воды и наслаждаться единением и минутами спокойствия со своим мужчиной. Прижиматься к нему всем телом, ластиться и получать страстные поцелуи, с не меньшим пылом отдаваясь в ответ. И так глубоко погрузилась в эти ощущения, что не заметила, когда Сеер подхватил и прижал меня к запотевшей, стеклянной стенки душа спиной.
Горячий язык прошёлся по моей шеи и слегка прикусывая за ключицу, вырывая из рта глубокий выдох. Судорожно цепляюсь за его плечи и нетерпеливо трусь о него, прося большего. Оборотня не нужно было упрашивать. Он, точно так же, как и я, разгорячённый помывкой наших тел, жаждал продолжения. Первый плавный толчок и показалось, что время на пару секунд замерло и я вижу, как моя сила начала переходить к Сееру, подпитывая магически. Его движения были медленными, словно он хотел свести меня так с ума. И я сходила. Протяжно стонала между поцелуями, царапала спину, кусала, и он с понимающей, но всё равно с чуть издевательской улыбочкой, продолжал этот порочный танец на грани безумия. Моё тело плавилось под его руками, а состояние было, как у человека, который принял ванную с током. Оргазм был похож на цунами, что смывает своими волнами города. Тело пронзило наслаждение, заставляя запрокинуть голову, подставляя лицо упругим струям воды. Шум в ушах заглушил глухое рычание Сеера и только чуть болезненный поцелуй в шею дал понять, что мой муж тоже кончил через какое-то время. Кажется, одному пушистому собственнику, мало брачной метки, раз он решил предоставить на всеобщее обозрение ещё и засос. Глухо, но довольно хмыкнув, весело чмокнула истинного в губы, пытаясь найти равновесие на не держащих ногах. Хорошо, Сеер поддерживает и не даёт осесть на пол, после столь страстного приёма душа.
Окончательно приведя себя в порядок и почистив зубы, меня, прямо в чём мать родила, с довольным видом понесли на руках в гардеробную. Выбрав платье-русалку однотонного пудрового цвета, на бретельках, чтобы Высочество мог видеть ни только метки, но и животик, что за ночь подрос ещё немного, принялась за макияж. Нечего лорду Илери тут ловить. Я замужем и глубоко беременна! Не эксперт в этом деле, но недель пятнадцать точно дала бы. Малышка развивалась очень быстро и иногда я ощущала себя кошкой, которые вынашивают своих котят по три месяца. Хотя в этом мире, беременность протекает, как и положено, все сорок-сорок две недели. Несильно, но переживала по этому поводу, потому что как развиваются в утробе демиурги никто не знает. Но Торий всегда в такие моменты может подобрать успокаивающие слова, заявляя, что если бы нашей крохе что-нибудь не нравилось, об этом узнали бы не только мы, но и весь мир. Каким-нибудь маленьким природным апокалипсисом, например.
Золотистые тени, маленькие стрелки, нюдовая помада и макияж был готов. С волосами мудрить не стала, просто собрала несколько прядей от висков, закрепив их заколкой в форме полумесяца украшенной мелкими бриллиантами. Сеер сегодня оделся более торжественно. Тёмно-зелёный сюртук чуть ниже бедра, с золотистой вышивкой по краю, подчёркивал широкий разворот плеч и визуально прибавлял несколько лет мужу, делая его более серьёзным. Я и до этого жила в доме полного тестостерона, а если каждый сегодня ещё и официально оденется, то боюсь, начну пускать слюнки на каждого образчика мужественности. Сейчас лето и мужчины предпочитают работать в более простой и свободной одежде. А иногда, красуясь передо мной, вообще забывают про рубашки, заставляя мужей нервно стачивать эмаль от ревности. А я ведь только смотрю, как воины занимаются!
— Кошечка, пойдём вниз, тебе стоит чего-нибудь перекусить. Да и родные, наверняка негодуют, что мы долго не спускаемся. — хохотнул оборотень, обнимая меня за талию и ведя на выход из комнат.
Каждый угол сиял чистотой, по коридорам туда-сюда спешили напуганные слуги, для которых приезд коронованной особы был страшнее, чем жить под одной крышей с Тёмным Богом, видимо. Мои телохранители превратились в киборгов, готовые сжечь взглядом каждого мимо пробегающего. Обычно, на посту у двери остаётся один стаж, но сегодня их было четверо, среди которых был Стэн.