Разве что… Хмельницкая и Стольникова обе родом из Екатинска. Стольникова, естественно, родилась намного позже, но её родители тоже были из Екатинска. И вот позвонила Анна Александровна, сказав, что нужно срочно поговорить. Естественно, Евгений Александрович согласился сразу же, так как это могло означать новые открывшиеся обстоятельства в деле, которым он занимался.
Когда в назначенное время в его кабинет вошла моложавая подтянутая женщина, которой на вид больше 30 лет и дать невозможно, Евгений Александрович сразу понял, что где-то её видел, или по телевизору, или в интернете, но определённо, она была известна широкой публике. Что называется, личность медийная, или богемная. Одета Анна Александровна была с небрежным вкусом, выделяющим элиту, а также вела себя как дама, привыкшая быть в центре внимания.
— Здравствуйте, дорогая Анна Александровна, — Милохин встал из-за стола, захлопнув ноутбук, и показал ей на кресло перед своим столом, куда обычно присаживались гости, испытывая при этом сильное желание поцеловать даме руку.
Дождавшись, когда Анна Александровна угнездилась, Милохин сел в кресло и приступил к расспросам.
— Слушаю вас, вы хотели со мной поговорить по поводу своей дочери Арины. Что вас беспокоит? Что случилось?
— Почему выписали Арину из больницы раньше времени? — с беспокойством спросила Анна Александровна.
— Выписали не раньше времени, — мягко, как разговаривают с детьми, ответил Милохин. — Арина по всем показателям абсолютно здорова. Её организм проверен всеми способами, которые существуют на данный момент в науке медицине, и все анализы отрицательные. Все обследования показали, что патологии нет никакой. Какие основания у нас держать девушку в больнице? По какому поводу?
— А как, по-вашему, человек может жить без памяти? — вопросом на вопрос ответила Анна Александровна. — Я не узнаю свою дочь. Она ничего не знает, ни о чём не имеет понятия. Спрашивает меня о самых элементарных вещах, о тех, в покупках которых сама принимала участие. Она спрашивает, что такое робот-пылесос, хотя сама выбирала в интернете и покупала. По её глазам видно, что она, понимаете… она действительно совсем не знает ничего. Ничего. Такое ощущение, словно она попала к нам из какого-то старого века. Я учила её как пользоваться телефоном, стиральной машиной, душем. И ещё одно… Она постоянно меня стала спрашивать о Екатинске, знаете ли, есть такой город на Урале. Это моя родина. Самое поразительное, что до того, как с Ариной произошёл этот ужасный несчастный случай, она вообще не интересовалась историей нашей семьи, откуда мы пошли, где мы жили, что мы делали. До Москвы мы много лет жили в городе Иженске, потому что это было связано с работой мужа. Аря помнит этот период, так как она родилась в этом городе. Но даже про Иженск она меня никогда не спрашивала подробно. Про Екатинск же разговора вообще никогда не было. Также она не спрашивала, где и как живут её бабушки и дедушки. Мы с ней ездили как-то пару раз на Урал. И то это было с большим скандалом и руганью. В основном всегда они приезжали к нам.
Анна Александровна неожиданно всхлипнула, достала платок и вытерла набежавшую слезу. Похоже, она действительно расстраивалась и переживала за дочь, и была очень огорчена тем, что происходит с ней. Однако Евгений Иванович решил не посвящать Анну Александровну в свои дела. Знать о связи синдромов Хмельницкой и Стольниковой ей было совсем ни к чему: это могло вызвать излишний шум, и в теории, его исследования могли перехватить другие врачи или учёные. Во всяком случае, это была бы большая сенсация. По всему видно, Анна Александровна человек медийный и может на очень высокий уровень разнести возможную сенсацию.
— Анна Александровна, успокойтесь, — сказал Милохин, достал из шкафа стакан, налил воды из бутылки и протянув его расстроившейся женщине. Потом продолжил.
— А ведь я сам из Екатинска, — заявил профессор Милохин. — Не странно ли? Такое ощущение, что этот город повсюду. Что оттуда выехало очень много замечательных людей. Например, Людмила Хмельницкая. Оказывается, она тоже оттуда, представьте себе…
И тут Анна Александровна вдруг вспомнила, что Люська тоже лежала в больнице, когда ударилась головой о лёд. Да, точно. Она же в январе 1986 года, как раз перед тем, когда стала выигрывать всё подряд, тоже была в больнице!
— Я знаю Хмельницкую! — заявила Анна Александровна и глотнула воды из стакана. — И знаю очень хорошо. Мы жили в одном доме, в соседних подъездах, и ходили в одну школу. В общем-то, у нас компания была своя, знаете, из тех старых советских подростковых компаний, которые лазали по гаражам и сидели в подъездах. И знаю также то, что Люда тоже лежала в больнице после того, как ударилась головой на катке. Сейчас я это вспомнила определённо точно. Я ничего не пойму. Всё связано с Екатинском, и сейчас уже каким-то образом в это дело влезла Хмельницкая. Как она связана с моей дочерью?