… Впрочем, Бронгауз не находил смешным утреннее показание весов, беспощадно высветивших вчерашнее заварное пирожное.
— Плюс 120 граммов, — вздохнула он. — Говорить тебе что-то бесполезно. Опять эклеры и газировка?
— Пирожные, чипсы и кофе с сахаром! Минестроне! Гаспачо! Энчелада! — дерзко заявила Люда. — Всё будет хорошо! Чего какие-то граммы высчитывать??? Кому они сдались???
Это был бунт на корабле! Бронгауз с большим удивлением посмотрел на Лизу. И тут же его взгляд подхватил Дудин, сидевший за соседним столом.
— Хорошо! — пожал плечами Бронгауз. — Сегодня катаешь короткую программу первая. Без ошибок. Если хоть одна ошибка — завтра с родителями. Либо катаешь до тех пор, пока ошибок не будет.
Людмила посмотрела в холодные глаза мужчины и впервые ощутила, что, возможно, ей с ним будет не по пути…
… На занятиях хореографией сегодня было то же самое. Железов велел отрабатывать классические балетные позиции.
— Сегодня хореографическая тренировка опять будет проходить наполовину на катке! — предупредил хореограф. — Я вчера видел много неточностей, много искажений того, что вам поставил. Нам нужно всё это чистить и убирать. Поэтому совместим ледовую тренировку, целиковые прокаты программ с отработкой чистоты линий. А начнём с того, что сейчас бегло переберём классические балетные позиции. Начинаем с арабеска. Потом плавно переходим на аттитюды, фуэте и прыжки. Работаем! Арабеск номер один.
Скучно! Очень скучно! Фигуристы привыкли к тому, что Железов учил их разнообразным танцам, базовые движения из которых они вставляли в свои прокаты. Поэтому все занятия протекали интересно, увлекательно, с изрядной долей юмора. Сейчас юморного ничего не было. Железов поставил на магнитоле балет «Жар-птица» Стравинского, сел в кресло, нога на ногу, и наблюдал, что делают ученики, одновременно давая советы. Чаще всего, естественно, подходил к Людмиле. Однако под конец занятия уже и сам заметил, что подходить к ней почти и не требуется. У других фигуристов неточностей было почти столько же, особенно у парней, которые традиционно пренебрегали хореографией.
— Хватит! — хлопнул в ладоши Железов. — Добро пожаловать на лёд. Отдых 15 минут, после жду вас на ледовой арене. Если кто не устал, можете идти сразу…
…Людмила в этот раз не чувствовала усталость, но всё-таки пошла со Смеловой посидеть в раздевалке. «Работа дураков любит», — вспомнила она слова Анны Александровны.
— Чего они так? — поинтересовалась Люда. — Я не пойму, чего они носятся с этими контрольными прокатами? Ты же сама говорила, что это мероприятие лишь для того, чтобы продемонстрировать готовность к сезону. Зачем дрючиться к нему, как будто, ну я не знаю. На олимпиаду идёшь? Брон сегодня доколупался до 120 граммов! Это меньше куска хлеба! Бред какой-то.
— Потому что они билеты на контрольные прокаты почти все уже распродали! А они стоят ого-го! — усмехнулась Смелая. — За счёт нас деньги будут получать, а нам страдай, как будто на чемпионат мира готовишься. Раньше эти контрольные прокаты вообще катали, кто как. Или без прыжков, или с двойными и одинарными. А сейчас им надо, ты видишь как? Чтобы форма уже была к началу сезона. И даже не на первое соревнование, на какое-то дерьмо! У нас с тобой до первого старта ещё почти 2 месяца, а мы уже пашем здесь — жопа в мыле!
— И что, так везде? — заинтересованно спросила Люда.
— Конечно, не везде, только у нас, — злобно махнул рукой Смелая. — У Соколовской в ЦСКА вообще не заморачиваются. Приедут, пару дупелей исполнят и поехали дальше по программе. У нас же — сдохни, но вбей в прокат четверные и тройные аксели, причём тебе за него ничего не отломится. Ещё и фанаты последними словами будут крыть. Как всегда, скажут, программа не та, и платье не то, и вообще рожа кривая стала, а жопа толстая, плюс 8 килограмм. Ха-ха-ха!
— Да брось ты! — звонко рассмеялась Людмила и толкнула Сашку плечом. — Рожа у тебя ещё нормальная. И у меня рожа нормальная.
— Надо запустить мем в интернете! — ещё громче рассмеялась Смелая. — Сделаем опрос и назовём его «Нормальные или кривые рожи в Хрустальной звезде?». Точняк! А ну-ка сделай точно так же!
Смелая перекосила лицо, вытаращив глаза и скривив рот, причём оно приняла такое выражение, как будто подружка только что съела нечто кислое, например, зелёный лимон. Люда тоже сделала такую же морду лица, прижалась головой к Сашке, и та, вытянув руку с телефоном перед собой, сфотографировала их обеих.
— Сейчас селфачок выложу в сторис! — хихикнула Смелая, что-то подписала под фотографией и нажала кнопку отправить. — Сейчас посмотрим, сколько лайков будет! И отзывы! И голосовалка!