Во всяком случае, в её возрасте и при её положении такие поступки были не только нежелательными, но и строго запрещены кодексом государственного служащего. Мало того, приехала в частном порядке, никого не предупредив из госбезопасности, так ещё и на арену пробирается тайком. И ведь возможно, там и кататься придётся…
К сожалению, всё дело было именно вот в этом слове: «кататься». Оно перебивало абсолютно все разумные доводы, которые только приходили на ум. Едва Анька в аэропорту сказала, что в ледовый центр можно попасть только в качестве фигуристки-любительницы, она сразу загорелась, почувствовала, как полыхнул в груди огонь. Столько лет не выходя ни на какой лёд, кроме единичных вылазок на катки в торговых центрах, выйти на настоящую арену, на которой выступали и будут выступать настоящие фигуристы, перед полными зрителей трибунами, смотрелось очень соблазнительно. Да и в конце концов, живём только раз!
Людмила Александровна вновь ощутила себя пятнадцатилетней девчонкой-хулиганкой, которая то ходит на речку рыбачить и ловить пескарей, то спускается в канализационный коллектор, чтобы найти золотой клад. Та старая, давно забытая ипостась её жизни внезапно проклюнулась сквозь нынешнюю строгую устоявшуюся натуру, как проклёвывается хрупкий росток через слой твёрдого асфальта. Это есть настоящая жизнь, настоящая сила жизни, которая ломит любые преграды, в том числе и кодекс поведения государственного служащего!
Коньки, конечно же, она на всякий пожарный купила по пути из аэропорта, в спортивном магазине, обычные полулюбительские «Графы», похожие на те, в которых каталась, когда ей было 15 лет. Тот же самый тридцать седьмой размер, довольно уверенно сидящий на ноге. Хорошо, ступня практически не выросла с тех пор, скорее, наоборот, сузилась после проведённых операций по удалению невромы Мортона и вальгусной деформации пальцев ног: большой спорт оставил на ней свой неизгладимый отпечаток… Слава богу, хоть только это…
С костюмом решила не заморачиваться, кататься в спортивном костюме, изобразить что-нибудь молодёжно-рэпчанское. И, честно говоря, она не думала, что каждой взрослой фигуристке-любительнице организаторы предоставят возможность продемонстрировать свой индивидуальный номер. Как Макс сказал, планируется общий выход продолжительностью 5 минут. В это время… Что будет в это время, неизвестно, конкретики на сайте не было указано, но может быть, представится хоть пара секунд на спиральки.
Людмила Александровна свободно прошла через контроль на входе в арену: охранник лишь мельком посмотрел на аккредитацию, не обратив внимание на имя, сравнил её с оригиналом и махнул рукой. Люди тут ходят сотнями и тысячами, если проверять каждого, времени не напасёшься.
За входным комплексом стояла женщина-волонтёр в джинсах, блузке и цветастом жилете с надписью «Бостонский конькобежный клуб» на спине. В руках она держала плакат, на котором было написано: «Внимание! Участники показательных выступлений, подойдите ко мне!»
Людмила Александровна подошла к женщине и показала свою аккредитационную карточку, на которой было написано: «Людмила Николаева, взрослая фигуристка-любительница». Женщина держала в руках список приглашённых и сверяла с ним аккредитацию. Внимательно осмотрев аккредитацию, заглянула в список и с удивлением обнаружила, что такой участницы нет.
— Вас здесь нет, — с большим удивлением сказала она.
— Как нет? — удивилась Людмила Александровна. — Посмотрите на сайте.
Женщина достала из кармана смартфон, зашла на список, выложенный на сайте Бостонского конькобежного клуба, с большим удивлением увидела, что, оказывается, Людмила Николаева там есть, является членом клуба с 2005 года.
— Ой, извините, мэм, — с большим стеснением сказала женщина. — Произошла какая-то техническая ошибка. На сайте вы есть: наверное, принтер распечатал неверно. Прошу вас на второй этаж, там находится пресс-центр, и в нём вам скажут, что делать, где переодеваться и каким будет ваш выход на лёд.
Людмила Александровна поблагодарила волонтёра и отправилась искать пресс-центр. В этом здании она ещё ни разу не была после ремонта, да что там ремонта, его практически построили заново! А ведь она выступала когда-то на Скейт Америка, в 1986 году, и это был её второй серьёзный старт…
Меняется всё. В одну реку не вступить дважды…
Глава 5
Готовность номер один
Люда посмотрела на себя в зеркало раздевалки: облик ей, безусловно, нравился. Новое платье для показательного получилось именно таким, каким она и хотела его видеть: оно являлось прямым выражением её современного характера! Основой были внутренняя часть из плотного высокого синего лифа, более похожего на очень короткий топик, плотные синие трусы, похожие на очень короткие шорты. На них надевалось полупрозрачное платьишко из фиолетового шифона с серебристыми блёстками, похожими на звёзды, рассыпавшиеся по ночному небу. Обнажённые спина и плечи, короткие рукава, фиолетовые перчатки с вышитой серебристой луной на каждой. Всё вместе смотрелось прекрасно и должно было олицетворять «вечернее умиротворение». Это платье подошло бы под любую романтическую музыку и программу, а уж тем более под «Адажио Альбинони». Конечно, в платье ощущался некий флёр чувственности и эротичности, как и положено в фигурном катании.