Музыка гремела во всю. Тяжёлые басы отключали разум и заставляли подчиняться ритму. На какой-то момент Милли показалось, что звуки её зомбируют. Но она отогнала навязчивую мысль, не желая портить вечер. Музыка играла неплохая, располагающая к веселью.
Первые пара часов прошли отлично. Подруги отрывались по полной. На площади находились и ларьки с выпивкой. Милли заказывала себе пиво исключительно в закупоренных бутылках: так ей было спокойнее. Кайла же сначала следовала примеру подруги, но потом перешла на разливной вариант. "Так вкуснее." — заверяла она. Тем более, большая часть толпы употребляла именно разливные напитки.
От пива настроение улучшалось, веселья стало ещё больше. Среди толпы по рукам начали ходить плоские небольшие жетоны округлой формы. Люди передавали друг другу пакеты, коробки, склянки с этими кругляшками. Одну бляшку забирали себе, остальные передавали дальше по очереди. Милли пыталась уточнить у окружающих, что это за гадость. Слов девушка не разобрала: музыка орала слишком громко. Но люди жестами показали, мол, бери, штука улётная, не пожалеешь!
Миланьи это не понравилось. Раздавать что-то хорошее бесплатно — с чего это? Тем более, что при ближайшем рассмотрении плоские жетоны оказались тонко нарезанными высушенными грибами. Милли от такого подарка отказалась, не стала ничего брать и передала пакет со вкусняшкой дальше по очереди. Девушка хотела и Кайлу предостеречь, что есть грибы не стоит. Но когда она нашла подругу среди танцующих, то по её поведению поняла, что предупреждать уже поздно. Кайла веселилась на всю катушку, явно потеряв связь с реальностью. Её движения стали хаотичные, быстрые, слишком резкие. Взгляд блуждающий, ничего не видящий. Примерно также начали вести себя и все вокруг. Толпа ревела, кипела, буянила. Веселье постепенно превращалось в безумие. Миланья мгновенно поняла, что происходит что-то не то. Она всеми силами стала пытаться вывести Кайлу из резвящейся толпы. Но ничего не получалась. Подруга утратила связь с реальностью и лишь дёргалась под ревущие из динамиков ритмы. Милли тянула Кайлу к выходу как могла. Хватала за руки, за плечи, за туловище, даже за волосы. Вроде безвольное тело начало поддаваться. Но стоило оттянуть подругу на пять шагов назад, как она вырвалась и опять вернулась на прежнее место.
Постепенно вакханалия начала утихать. Толпа уже не так ревела и скакала. Люди переминались с ноги на ногу, слоняясь из стороны в сторону. Казалось, силы их покидают. Однако разум во взгляды танцующих не вернулся. Напротив, безумие лишь усилилось. Многие закатывали зрачки за веки, оставляя лишь жуткую полоску белка, выглядывающую из-под разомкнутых ресниц. Получались этакие ходячие зомби.
Внезапно музыка из динамиков стихла. Света же на площади наоборот добавили. Яркие прожекторы направили свои лучи на трясущихся безумцев. Толпа никак не прореагировала. Может, кто-то, кто не употреблял грибы и успел скрыться. Этого Милли не могла знать. Однако подавляющее число отдыхающих осталось на площади. Никто из этих людей себя не контролировал. Лишь мычали что-то себе под нос и топтались на месте.
На площадке появились пришлые. Организованные группы трезвых мужчин подходили поочерёдно к несчастным одурманенным дурачкам. Обыскивали беспомощных, шарили по карманам, доставали деньги и ценные вещи. Теперь-то Милли стало понятно, почему никого не осматривали при входе. Зачем? То, что не потрачено на выпивку, просто заберут после грибов. Ловко придумано! Когда человек протрезвеет, то решит, что сам всё прогулял или растерял. Период под дурью в памяти не сохранится. И всё шито-крыто.
Милли вся напряглась и достала нож. С одурманенными мужчинами местные ничего такого не делали. Грабили и отпускали шататься по площади приходить в себя. А вот девушек… Ну, дурнушек тоже отпускали. Остальных же отводили куда-то в сторону для понятно каких целей. Миланья ещё раз попробовала достучаться до Кайлы. Но подруга лишь беспомощно вертелась на месте, ничего не соображая.
— Гляди, какая краля! — один из бандитов ткнул пальцем в Кайлу, призывая своих соратников тоже обратить на блондинку внимание.