Милли и сама не понимала, откуда в ней эта смелость. Ведь она ясно отдавала себе отчёт, что её слова злят бандита. Но ей очень хотелось его потролить. Сильнее всего на свете. Воздух Септимуса пьянил и будоражил сознание.
— По твоему, шлюха, я не работал?! — перешёл бандит на эмоции. Только это была не та эмоция, что требовалась. Страха одноглазый явно не испытывал. Травеллатор на него так и не действовал. — Посмотри на мои руки. — он протянул вперёд огромные кисти и повернул их тыльной стороной. — Видишь эти мозоли? Мои шрамы? А эту въевшуюся грязь видишь? Чёрную копоть от работы в шахте теперь ни одно мыло не отмоет. Смены по четырнадцать часов под землёй. Отдых только по праздникам. Жизнь в бараках. Из еды лишь жалкая баланда. И всё это из года в год без всякой надежды.
— Да. Грустная история. — согласилась Милли. — Но ты сам попал на каторгу. Кто ж виноват? Не нужно было закон нарушать.
— Милли, он не с каторги. — быстро и тихо проговорил Эд на имперском. — Это обычный работяга. На шахтах действительно такие условия.
— Да? — удивилась Милли тоже на имперском, — И у твоего дяди тоже?
— Нет, дядя давно отошёл от этой системы. У него рабочие в почёте.
— Говорите понятно! — бандита иностранный язык раздразнил и он снова потянулся к пистолету.
— Мы говорим, — перешла снова на корсиканский Милли, — что дядя моего мужа, а именно он управляет одной из областей Септимуса, против подобного отношения к рабочим. В наших землях такого нет. Так что идите разбирайтесь с другими лордами, которые вас мучили. А нас пропустите в город. Мы, между прочим, только прилетели, устали, и нам нужно домой.
— Твой дядя — лорд Крафт? — тон бандита немного смягчился. Эдик кивнул. — Что ж. Это единственный достойный лорд на всём Септимусе. Но он против повстанцев и оказывает поддержку в подавлении восстаний. Так что я не могу вас отпустить.
Следующие действия произошли очень быстро. Одноглазый вынул пистолет из кабины и начал направлять его на ребят. Милли моментально выдернула нож из причёски и запыльнула им в руку одноглазого. Лезвие впилось в мякоть предплечья. Бандит отвлёкся на боль и выпустил оружие. Милли мигом кинулась за пистолетом. Одноглазый вынул из руки нож и махнул им в сторону девушки — они находились на одном пяточке. Но Милли уже крепко держала пистолет и направила дуло на бандита.
— Даю честное слово, заряд сейчас смертельный! — она крепко держала корпус оружия двумя руками. — Дай мне только повод! Только кинься к нам!
Бандит расставил руки в стороны и начал пятиться.
— Вы можете уйти с остальными своими соратниками. — обратился к бандиту Эд. — Если вы просто уйдёте и оставите нас в покое, вас не станут преследовать.
— И валите побыстрее! — добавила Милли. — Сейчас здесь будет полиция. Мы их уже вызвали, — соврала она. — А стражи порядка не столь сентиментальны, как мой муж. Пощады от них не жди!
— Можете идти спокойно, — снова взял инициативу Эд. — В спину стрелять не будем. Даю слово.
Одноглазый чётко понял ситуацию. Попятился, а потом развернулся и побежал прочь.
— Нужно быстрее уходить. — Милли опустила оружие, когда бандит скрылся из виду. — Он может вернуться, прихватив брошенное ружьё.
— Милли, у тебя кровь! — встревоженно воскликнул Эд и указал на её ногу.
Миланья посмотрела вниз. Да, уйти сразу не получится. На правом бедре выше колена кровоточил порез. Она только сейчас начала ощущать боль. Вероятно, всплеск адреналина до поры до времени заглушил чувствительность. Кровь стекала по ноге вниз, пачкая белый кроссовок.
— Милочка! — он сразу оказался рядом и подхватил её. — Как помочь?
— Вот же тварь! — раздосадованно воскликнула Милли. — Задел меня моим же ножом, когда я около него за пистолетом метнулась. Вот же! Да не переживай ты так, — постаралась успокоить она Эда. — Порез не глубокий. Смотри, даже мяса не видно. Крови много потому что лезвие артерии задело. Можешь свой рукав от рубашки оторвать? Рану лучше перевязать. И отключи Травеллатор. Ведь иначе никто не сможет на территорию вокзала нормально зайти.
Эд оторвал рукав, разорвал ткань на более тонкие полоски, помог ей остановить кровь и наложить повязку. Затем остановил работу Травеллатора. Пока было решено оставить ценную машину там же, где она и находилась — в волосах Милли. Отправили сообщение в полицию, что на вокзале никого нет. Благо, здесь панели работали.
Пока ждали представителей власти, Эд нашёл аптечку в медицинском пункте.