Псих прижимал ее к себе и крепко держал за пояс. Они приблизились друг к другу настолько, насколько это возможно, а потом…
Вдруг музыка стихла и над сценой в углу загорелся свет.
Тане казалось, что она задыхается. Что сейчас рухнет на психа, как нежная барышня, но Полинка, подлетевшая к ним, вдруг заорала ей на ухо.
– Сейчас будет травести-шоу! – в голосе ее прямо-таки звенел восторг.
Глаза психа в ужасе расширились, и Таня с трудом сдержалась, чтобы не расхохотаться ему в лицо.
Глава 6
В такси ехали молча.
Псих смотрел в свое окно, Таня – в свое.
Пелена бьющей по ушам музыки сошла, и в голове закрепилась мысль – а какого хрена это, собственно, было?
Зачем она шла в клуб? Познакомиться с кем-нибудь и, если повезет, переспать. Избавиться от навязчивых мыслей о психе. Верно? Верно.
С чем она оттуда ушла? С влажными трусами и странным ощущением, что кроме психа, собственно, ей никого и не хочется.
Она успокаивала себя тем, что таких как псих хотят все. Это как удивляться тому, что тебе нравится какая-нибудь рокзвезда-бунтарь.
Но до спокойствия ей еще было далеко.
Когда они вошли в дом, псих вдруг притянул ее к себе, прижал спиной к своей груди. Он как будто хотел продолжить танец, но не осмеливался об этом попросить. Потому что такие как он не просят. Берут и все.
Таня почувствовала, как сладко заныло у нее в животе, как чужое горячее дыхание пустило мурашки по телу, но…
Смогла вырваться. Взяла себя в руки, поумоляла свое внутреннее «я» немного, и отстранилась. Повернулась к психу лицом, тыкая пальцем ему в грудь.
– Никогда больше так не делай, ясно тебе?
Тот не выглядел впечатленным.
– Почему нет?
Таня не приготовила достойного ответа на этот вопрос, поэтому какое-то время просто таращилась на психа, чувствуя, как разбухает возмущение внутри.
– Потому что… Потому…
– Ну? Скажи мне, – он шагнул на нее, снова сокращая между ними расстояние. – Мы оба одиноки, между нами сексуальное напряжение, я бы с удовольствием трахнул тебя, а ты не откажешься от члена.
– Да пошел ты!
– Не слишком оригинально, зайка.
Таня толкнула его в грудь, но на него это, понятное дело, почти не подействовало. Он только перехватил ее руку и потянул ее на себя, несмотря на сопротивление.
– Пусти.
– Ага. Как только у тебя перестанут стоять соски.
– Да что ты привязался ко мне?!
Таню этот вопрос мучил ночами. Как и то, почему она позволяла психу распоряжаться ее личным пространством.
– Ты – интересный ребус, Таня Мальцева.
– Откуда ты знаешь мою фамилию?
Псих пожал плечами.
– Слежу за тобой.
Таня все-таки вырвалась. Зыркнула на него так, что сама собой возгордилась. Ей казалось, что она смотрит с силой и вызовом, но по лицу психа можно было понять, что Танины попытки казаться грозной его только смешат.
Он отошел на шаг, поднимая руки вверх.
– Подожду, когда ты сама попросишь.
– Не попрошу, – рявкнула Таня.
– Будешь умолять.
– Хлебни-ка яду.
Она ушла прямо так, в куртке, сняла ее уже в комнате и долго смотрела на свою грудь, ведя мысленный диалог с сосками. Дескать, так нельзя, милые, не на первого же встречного, нафига меня так подставлять?
Сиськи, понятное дело, не отвечали. А жаль.
От Тани пахло потом, дымом и алкоголем. Она ведь даже не пила почти, и вся эта поездка оказалась полным провалом!
Да еще и Полли решила достать ее сообщениями.
«Вы смотрелись, как лучшая версия Беллы и Эдварда на выпускном».
Таня закатила глаза.
«Белла не такая сексуальная, как я», – ответила она.
Полина прислала ей парочку удивленных смайликов, после чего от нее пришло возмущенное:
«Кристен Стюарт – секси! Даже у меня на нее встает».
«У тебя вообще встает на все, что тебе недоступно».
«Не оскорбляй меня. У меня и на доступное тоже встает, особенно, когда я пьяна. А пьяна я почти всегда».
«Спи, пожалуйста».
«Как уснуть, как уснуть, Мальцева? Я собираюсь написать про вас с психом эротический фанфик. В нем вы поженитесь и усыновите восьмерых деток».
«Мне хватит и притащенной им собаки».
Как будто зная, что про нее идет речь, собака в комнате резво тявкнула, и Таня вздохнула, желая провалиться сквозь землю.
Что ж. Это был целиком и полностью ее выбор. Она села не в ту машину, а потом и свернула не на ту дорожку – сама напросилась.
Она переоделась в домашние шорты и майку и вышла, желая убедиться, что ни псих, ни собака, не описали ее ковер.