Таня отставляет в сторону трубку, острое желание послать ее к черту вдруг переполняет, и Таня даже набирает воздуха в легкие, чтобы это сказать, как дверь вдруг распахивается, и на пороге появляется псих.
Собственной персоной.
Еще и в костюме. Ну разумеется.
Таня роняет челюсть, а потом кладет трубку, несмотря на вопли Полины о том, что она не должна игнорировать ее вопросы, ведь она беспокоится о ней.
– Привет, – псих складывает ладони на стойку и улыбается.
У Тани происходит головокружение и самую малость – возбуждение. Потому что она в жизни не видела маньяков в костюмах, оказывается, они на них очень даже хорошо сидят.
На то, чтобы взять себя в руки, уходит ровно минута.
Таня прокашливается, смотрит по сторонам.
– Эм… Чем я могу помочь?
– Хочу снять номер.
– От…лично. Какой нужен номер? – она открывает схему расселения на компьютере, просматривая самые бюджетные варианты. Иначе, что еще можно предложить парню, который спит в машине?
– Ваш самый роскошный люкс.
Таня давится воздухом и поднимает на него взгляд. Потому что это действительно смешно.
– Правда?
– Да, – псих наклоняется над стойкой так, что его лицо оказывается слишком близко к Тане. Эй, как же личное пространство? – Собираюсь стать vip и доставать тебя каждую секунду каждой твоей чертовой смены. И к концу моего пребывания здесь у тебя не останется ни одной нервной клетки, зайка.
Таня тяжело вздыхает.
– Слушай, какого черта? Если ты можешь позволить себе наш люкс, значит, у тебя нет проблем с деньгами. Сними любую квартиру, живи и радуйся, что ты пристал ко мне?!
– Мне не нужна любая квартира, мне нужна твоя.
Загадки-загадки, ну надо же.
Таня, с одной стороны, их терпеть не может, а с другой… Ей вдруг становится настолько любопытно, что она ловит себя на том, как раздает свое чувство самосохранения прохожим.
Она видит свою непосредственную начальницу, которая стоит у лифта и косится в ее сторону.
– Уходи, пожалуйста, – шипит Таня сквозь натянутую улыбку.
– Еще чего.
– Прошу тебя, свали, вон та грымза – мой босс, и она видит меня насквозь.
– Какая, вон та? – псих поворачивается и, улыбаясь, машет Дарье Альбертовне рукой. – Добрый вечер!
Та округляет глаза, оглядывает его с головы до ног. Потом кивает, изгибая губы в ответ, но взгляда так и не отводит.
– Ну так что, – возвращаясь к своим баранам, продолжает псих. – Я могу у тебя остаться?
– Сколько часов я тебе дала, чтобы ты собрал свои монатки? Десять? Так вот, я передумала. Хочу, чтобы ты убрался еще раньше. Или я вызову полицию.
Псих кивает и… Выглядит так, что становится очевидно – он не замышляет ничего хорошего.
– Смотри, как ты предпочитаешь? Мне стоит поцеловать тебя на глазах у той дамочки или ей понравится, если я пройдусь по этой стойке без штанов?
Таня открывает рот и смотрит, как рука психа тянется к ремню.
Он сделает это.
Точно сделает, очевидно же, что он способен на херню и похуже.
– Это моя спальня, – Таня тычет пальцем в дверь. – На ней нет замка, но, я надеюсь, ты достаточно адекватный, чтобы понимать – тебе нечего там делать.
Псих поднимает руки вверх.
– Пожалуйста-пожалуйста, не сильно-то и хотелось. Еще завалит дилдо по самые уши.
– Заткнись уже! – Таню бесит сам факт того, что псих знает про ее игрушки. С одной стороны – это не должно ее смущать, потому что… А перед кем смущаться, это же псих! И она – взрослый человек! А с другой – очевидно, она создает впечатление озабоченной на голову нимфоманки. – И вообще, постарайся не трогать мои вещи.
– Какие из них?
– Никакие мои вещи не трогай, боже!
– Ладно, – соглашается псих, и Таня только сейчас замечает, что он стоит в ее носках.
Господи…
– Еще правила?
– Не шуметь. И никого не приводить.
– Я и не собирался. Мне и тебя хватит, зайка.
– И не называть меня зайкой, – рявкает Таня. А потом зависает на секундочку, потому что… – И что значит «мне и тебя хватит»?
– Ну как же? – псих подмигивает ей. – Наш уговор.
– О боже, когда-нибудь люди перестанут думать о том, что я озабоченная, нервная из-за недотраха, голодная идиотка, помешанная на игрушках для взрослых?
Таня всплескивает руками и исчезает в своей комнате.