— Да ладно, — великодушно махнул рукой Мамаев и обаятельно улыбнулся официантке. — Девушка, принесите ещё эспрессо и капучино!
— Вот, Жора, что ты просил, — Зина достала из сумки пластиковую папку с бумагами.
— А чего так много? — он провёл квадратным ухоженным ногтем по десяткам листов.
— Да сколько есть, всё распечатала. Эти Гедиминовы — клиенты твои? Наверное, хорошая сделка намечается, — кивала Зина, не сводя с него влюбленного взгляда.
— Угу, — буркнул Жора, пробегая глазами строки в распечатке и потея от волнения:
«Квартира в Ростове-на-Дону на Лермонтовской, дом в Змиёвке, офисное помещение на проспекте Стачки, земельные участки... Дальше: квартиры в Москве на Ленинском проспекте и Ботанической улице, офисные помещения — Каширское шоссе, Варшавское шоссе, Профсоюзная улица... Ещё участки земли, сведения об акциях, банковских счетах... Автомобили — три, пять, десять, двенадцать... Ещё квартиры — Санкт-Петербург, Нижний Новгород, Омск, Екатеринбург, Новосибирск, Владивосток... Ошизеть!».
Стало жарко, кровь прилила к лицу. У Мамаева зашумело в голове, и сердце заколотилось со страшной силой. Возвращая самообладание, он стал медленно дышать, чтобы унять дрожь в руках.
«Что же это за люди? Вот тебе и милая пара! Это ж сколько всё это стоит?! Квартира — двадцать, дом в двести метров тоже не дешевле двадцати пяти, а то и тридцати миллионов. Московские квартиры — минимум по двадцать. Офисы ещё эти... Машины даже если хотя бы по пять миллионов!.. Недвига в городах по всей стране! Охренеть можно! Есть адреса, надо запросить выписку из реестра с кадастровой стоимостью, тогда и рыночную прикинуть! Ну, ничего себе, божьи одуванчики! Откуда у этих грёбаных мумий всё это??».
Перед глазами у Жоры поплыли картины той самой обеспеченной жизни, которую он знал и представлял по фото в интернете, и о которой так грезил. Родители содержали его, но последние годы особых излишеств не позволяли. Дела у них шли не очень, Мамаевы пробовали привлечь его к семейному бизнесу, но ленивый и легкомысленный молодой человек работать не хотел. Он желал и дальше только получать, как привык с детства.
Деньги решали все вопросы и открывали любые двери. Москва? Да на фига ему теперь эта деревня! С нетерпением и раскрытыми объятиями ждали Нью-Йорк и Лондон, горнолыжные курорты Швейцарии и уютные бунгало на личном пляже у Индийского океана! Экзотические страны со странной едой и потайными борделями. И личный самолёт чтоб был! А машину покупать не надо, ведь Мамаева будет возить персональный водитель на авто бизнес-класса! Вот яхту точно надо водить самому — как ещё почувствовать власть над стихией. И на залитых солнцем палубах будут загорать и потягивать коктейли гладкие фигуристые красотки: темнокожие багиры, миниатюрные азиатки, яркие мулатки и снежные блондинки, готовые и согласные на всё!
Официантка громко стукнула чашками, принеся заказ, извинилась. Жора притормозил своё разыгравшееся воображение и с сомнением глянул на чёрный напиток в пузатой чашке. Нет, с этой растворимой бурдой надо завязывать, глупо гробить здоровье, когда жизнь только начала налаживаться!
Мамаев откашлялся, прочищая пересохшее горло, и попросил стакан воды. Первой же мыслью было — как бы скрысить часть наживы от подельников? Нет, одному, в любом случае, не справиться, помощь Тани и Толи ему необходима. Всё-таки, полная информация о движимом и недвижимом имуществе Гедиминовых есть только у него, но нужно поторопиться, чтобы скрыть достоверные цифры и умыкнуть куш пожирнее. Жора встряхнулся и окончательно взял себя в руки.
— Спасибо, Зин! Ты — прелесть! — улыбнулся он подружке и счастливо подмигнул. — Поедем ко мне, только шампанского прихватим по пути?
Слушая на ходу наивный ласковый щебет доверчивой девушки, Жора холодно раздумывал над планом действий, прикидывая, что и когда каждый из них должен сделать.
«Наконец-то представится случай применить ствол по назначению! Взять стариков на пушку проще простого. Главное, чтобы они не померли от страха, пока не подписали документы у нотариуса!».
Глава 4.
Очередную комнату Демидов снимал в замшелой пятиэтажке на окраине. Понятное дело, что приглашать к себе приличных девушек давно уже не пытался. А гадливое чувство к отёкшим подругам собутыльников, часто забредавшим на огонёк, он глушил, стараясь напиться быстрее партнёрши. Тогда можно было без брезгливости обнимать рыхлое тело и не видеть опухшее красное лицо со следами былой красоты.