- Оставь её, - старалась я успокоить мать. – Лучше вернемся к нашему разговору. Если ты решила больше не возвращаться в город, может нам следует искать место здесь в деревне у местных богачей.
- Я уже думала об этом, - сказала мать. – Но, по-моему, это невозможно. Ведь женщина может чувствовать себя в безопасности, только если рядом с ней мужчина – отец, брат или муж! А здесь у нас нет такого мужчины. Поэтому мы должны вернуться к себе в деревню. Пусть они наконец поймут: женщина не может быть одна, она всегда нуждается в защите и охране.
- Значит, ты опять хочешь вернуться в деревню и, как и прежде, влачить нищенскую жизнь? Хочешь вернуться к людям, которые косятся на тебя?
- Да, - ответила мать. – Хочу! Легче вынести презрение семьи, чем пережить то, что с нами может случиться, если мы не прекратим бродячую жизнь. Теперь, когда мы вернемся в деревню после такого длительного отсутствия, люди уже и не вспомнят о нас. Мы же будем жить среди своих, как прежде.
- И как ты думаешь мы доберемся до деревни? – воскликнула я.
- Я думаю, - отвечала мать, - за нами приедут и отвезут обратно. Сегодня утром в деревне будет базар. Я пойду поброжу в толпе, не может быть, чтобы там не нашлось кого-нибудь из нашей или соседской деревни. Попрошу передать нашим, что мы здесь и, вот увидишь, не пройдет и недели, как за нами приедет мой брат и увезет нас туда, где мы и должны быть.
Внезапный шум прервал наш разговор. Во двор гурьбой вошли женщины с подносами и позвали всех есть. Гостившие в доме стали торопливо сбегаться на зов. Нам необходимо поторопиться и разбудить сестру.
После обеда все разбрелись кто куда. Мы тоже хотели уединиться в сторонке, но не тут-то было. Какие-то три женщины увязались за нами и принялись вызывать нас на разговор. Одна из них уже не молодая особа, но довольно энергичная, любительница пошутить.
- Впервые в жизни вижу женщин, - начал она, - которым глаза и уши заменяют их рты и языки. Приехали еще вчера, но до сих пор и слова не сказали кто они и откуда. Сели есть вместе со всеми, но к еде почти не притронулись. И все время молчат, будто ждут что за них будут говорить другие. - И она расхохоталась. Насмеявшись вдоволь, она продолжила: - Ну-ка, отвечайте: кто вы и откуда? – и она выжидающе уставилась на мать. Но та, не в силах противостоять ураганному потоку слов, молчала по-прежнему.
- А сама-то ты кто такая и откуда взялась, чтобы приставать к нам с расспросами? – огрызнулась я.
А она снова визгливо засмеялась. Но тут же упрямо повторила:
- А все-таки, кто вы?
Вот так, то сердито, то ласково, то угрозами, а больше шуткой, она продолжала меня расспрашивать. Её подруги изредка помогали ей, вставляя словцо, и мы довольно приятно проболтали всё утро. Из разговора с ними я узнала много любопытного и присмотрелась к ним поближе. Все трое были из того же города, откуда мы шли. Веселую женщину, что так упорно нас допрашивала, звали Зухра. Она водила знакомства с полицейским начальством в городе. Женщина хитрая и ловкая она помогала полиции проникнуть туда куда не было доступа мужчинам и когда надо было найти грабителей или отыскать пропавшие вещи. Такой род занятий давал ей заработок.
Другая женщина, Хадра, была особой не менее значительной и опасной. В ее власти было одних счастливыми, а других несчастными. Она промышляла тем, что время от времени ездила в столицу и привозила оттуда разных безделушек, которые так прельщали женщин, а мужчинам приносили только разорение. Третью женщину звали Фариде. Это была уже совсем пожилая женщина и было в ней что-то отталкивающее. Но, несмотря на это, Фариде была вхожа во все дома и дружна со всеми женщинами. Ведь она была искусной гадалкой и умела узнавать прошлое, раскрывать настоящее и предсказывать будущее. Фариде первая сумела подобрать ключ к нашим сердцам и увлечь нас рассказами про нечистую силу. Да это было и нетрудно. Молодая девушка, потрясенная каким-то горем, естественно, сразу привлекла внимание старой колдуньи. И вот она уже пристает с расспросами к девушке. А та не отвечает. Мать ее тоже молчит. Ну, раз так, обойдёмся без них! И вопросы начинают сыпаться на меня. Я что-то отвечаю через силу, говорю, что у сестры болезнь, перед которой оказались бессильны врачи. Еще мгновение, и открыта корзинка, рассыпаны по земле раковины и ловкие руки Фариде быстро-быстро перебирают их, смешивают и снова раскладывают по кучкам, чтобы прочитать нам удивительный рассказ о прошлом, настоящем и будущем…