Леон поспешил потянуть верёвку на себя, и вскоре из глубокой каменной трубы показалось полное ведро. Мы тут же зачерпнули воду кружками, чтобы в волю напиться. Чистая и даже прохладная вода – просто удивительный напиток для пустыни!
– Потрясающее место, – заключил Леон, обведя долину взглядом. – Так бы и не отходил от колодца, если бы не надо было искать Ормиль.
Леон снова взял в руки бинокль и преступил к осмотру окрестностей. Я так надеялась, что и в этот раз удача улыбнётся нам, и сейчас Леон скажет заветное: "А вот и зелёная поляна неподалёку", но всё вышло иначе.
где-то вдалеке раздался суетливый голос. Кому он принадлежал, я не разглядела, зато в следующий миг услышала хлопок, а ещё через пару секунд в каменное корыто угодила пуля и высекла искру.
– Ложись!
Леон сгрёб меня в охапку и опрокинул на землю. Мы укрылись за стенкой колодца, а над нашими головами просвистела очередная пуля. Что происходит? Кто и за что, хочет нас убить?
– Воры!.. – донеслись издалека гневные вопли. – Как вы посмели ступить на землю рода Тэфери и пить из нашего колодца?! Ройте свой, проклятые жулики!
– Лео, – к собственному ужасу поняла я. – Этот колодец кому-то принадлежит. Из него нельзя пить без спросу!
– И за ослушание положена пуля? Да что за дикий край!?
В стенку с лязгом ударила новая пуля. Кажется, нас скоро и вправду покарают.
– Эми, чего ты ждёшь? Скорее доставай свой револьвер!
– Что? – А ведь у меня даже мысли не возникло расчехлить оружие и начать отстреливаться. – Нет, Лео, я не смогу. Не смогу убить человека!
– Просто стреляй в воздух, напугай стрелка. Когда он затаится, мы поползём к обрыву. Ну же, Эми, скорее!
Я сделала всё, как он и сказал: достала из кобуры револьвер, вспомнила порядок действий, взвела курок, направила ствол в небо и нажала на спусковой крючок. Отдача была такой, что я чуть не выронила оружие. Грохот явно застал нашего противника врасплох, и он больше не стрелял в ответ.
Я спешно поправила лямки рюкзака и начала отползать. Леон пропустил меня вперёд и пополз следом.
Пока мы пробирались к оврагу, мне ещё пару раз пришлось ответить хозяину колодца на его стрельбу. А потом Леон скомандовал:
– Эми, беги к обрыву, живо!
Я вскочила на ноги и понеслась к спасительному руслу. Не помня себя, я скакнула в овраг и покатилась по осыпающейся гальке вниз. Всё, я опять на дне бывшей реки. А где Леон?
Наверху снова раздался звук выстрела. Я задрала голову, в надежде увидеть, как Леон прыгает и катится по склону, но его не было. Револьвер по-прежнему был зажат в руке, и я поспешила ещё раз напугать стрелка.
– Лео! – крикнула я, но мне никто не ответил.
Как безумная, я ползла по склону, цеплялась за насыпь, но всё равно скатывалась вниз, чтобы опять карабкаться вверх. Запоздалый страх начал накатывать волной. Мне нужно к Леону, нужно спешить ему на выручку…
На середине пути над головой раздалось тяжёлое сопенье – это Леон дополз до оврага и прыгнул вниз. Жив!
– Эми, – задыхаясь, прохрипел он, когда мы спустились на дно оврага, – бежим к повороту русла. Этих психов там уже трое, я их видел.
И мы снова сорвались на бег. Я едва поспевала за Леоном, зато видела, как из его рюкзака что-то выливается и оставляет за нами на песке разоблачающую дорожку. Да это же компот! Пуля угодила в рюкзак и пробила банку. А Леон, он-то цел?!
За очередным поворотом я еле обогнала его и заставила остановиться. Стянув с Леона рюкзак, я начала ощупывать его спину, без конца спрашивая:
– Ты не ранен? Всё хорошо? Ничего не болит?
– Да всё в порядке, Эми. Ты-то как?
Следов крови на его одежде я не обнаружила. Зато в рюкзаке нашлась банка с одним единственным входным отверстием. Значит, пуля застряла внутри.
– Пока не упал и не пополз к оврагу, я бежал ровнёхонько за тобой, – признался Леон, – чтобы эти болваны в тебя не попали.
– Ты подставил свою спину? – не зная, как на это реагировать, спросила я.
– Я подставил наш рюкзак.
– Но ведь пуля могла угодить выше или ниже…
– Но угодила-то ровнёхонько, куда надо. Ты чего, куколка? Откуда слёзы? Ну…
Он так нежно обнял меня, что я не удержалась и разревелась. Смерть была так близко, а Леон едва не пожертвовал своей жизнь ради меня… Да как он посмел?! Что бы я делала, если бы его не стало?
– Куколка, всё хорошо, – с нежностью гладил он меня по спине и приговаривал, – я рядом, я всегда буду с тобой…
А потом его губы скользнули к моим щекам и осушили едкие слёзы, опустились к губам и подарили самый сладкий поцелуй на свете. Он был наполнен настоящей магией, которая заставляет всё плохое улетучиваться и уступать место только светлым чувствам. Я бы всё отдала, чтобы этот поцелуй длился вечно. Но Леон был начеку.