Чензир почему-то недовольно глянул в мою сторону, но промолчал. А что я? Я теперь тоже в раздумьях и сомнениях.
Остаток ночи мы ехали в тишине. Напряжённой тишине, от которой становилось не по себе. Когда горизонт посерел от сумерек, Чензир напомнил Шанти о его обещании:
– Скоро взойдёт солнце, полукровка. Что будешь делать?
– Дай мне срок до полудня, и ты получишь мясо с водой.
– До полудня ты предлагаешь господину и госпоже ехать через пустыню в солнцепёк?
– Можете все разбить лагерь прямо здесь, а я пока буду искать добычу.
– Поедешь в пустыню и оставишь нас? А вдруг ты просто сбежишь, если охота не удастся? Нет уж, мы поедем с тобой. Да и госпоже не помешает узнать, каково это, идти через пустыню в разгар дня. Она же любознательная, пусть теперь и узнает, что такое полуденный зной. Если она собралась в Мола-Мати, то таких деньков у неё теперь будет уйма. Если, конечно, не передумает и не скажет своему мужу повернуть назад.
Намёк предельно понятен. Тем более, что солнце уже вынырнуло из-за горизонта и воздух стал неумолимо прогреваться.
Мы всё ехали и ехали, едва успевая утирать пот, что катил градом. Бедный Гро стал как-то странно подпрыгивать, пока бежал впереди каравана.
Внезапно Шанти остановился и слез с верблюда. Я думала, он охотиться собрался, а он вынул из дорожной сумки какие-то маленькие кожаные чехольчики и обул в них Гро.
– О, тапки для лайки, – тут же понял Леон, – говорят, на Полночных островах такие штуки одевают ездовым собакам, чтобы снег не колол лапы. А тут значит, чтобы песок не обжигал. Умно…
Стражники подняли обутого Гро на смех, а тот не обращал на них внимания, и бодро бежал впереди – теперь ему ничто не мешало и не припекало подошву.
Теперь-то я поняла, что именно шил Шанти, когда мы путешествовали с караваном. Значит, это была обувь для его серого друга. Какой же Шанти находчивый, раз придумал такую амуницию для пустынных походов.
Когда солнце зависло почти над нашими головами, Чензир объявил:
– Всё, полукровка, твоё время вышло.
– Не спеши, получишь ещё своё мясо, – ответил Шанти и спешился.
Он достал из своей поклажи старую винтовку и отошел на десяток шагов вперёд. Вслед за ним рванул и Гро. Пёс сосредоточенно устремил взор вдаль, напрягся всем телом, будто готовится рвануть вперёд и тащить подстреленную добычу. Они с Шанти что, углядели кого-то в глубине пустыни?
Я достала свою камеру, прикрутила к ней длиннофокусный объектив и постаралась проследить, куда Шанти нацелил своё оружие. А в той стороне ничего примечательного и не было. Полосы тёмных трещин на раскрошившейся земле, комочек старой травы, уносимый ветром, низкие горы вдалеке и светло-коричневая пустошь, такая гладкая и однообразная, что тоска одолевает.
Раздался оглушительный выстрел. Гро пулей метнулся вдаль, а Шанти мигом взобрался на своего верблюда и припустил вслед за хвостатым другом. Мы еле поспевали за ними, всё ехали и ехали, но не могли понять, куда ведёт нас Шанти, в кого он стрелял, если впереди нет ничего – только пустошь.
Эта гонка затянулась минут на семь, пока мы не услышали яростный лай Гро. Впереди разразилась битва. Пёс огрызался на стаю непонятно откуда взявшихся пятнистых животных и неустанно отгонял их от песчаного цвета туши с длинными чёрными рогами.
Раздался выстрел, и пятнистые звери разбежались врассыпную. Мы подъехали к месту битвы и увидели невозможное. Антилопа с тучными боками и окровавленным глазом лежала на земле, а Шанти уже тащил её за рога к верблюду, чтобы погрузить между горбов и ехать дальше.
– Да ладно, – поражённо шепнул мне Леон, – мы километр проехали не меньше. Как он с такого расстояния вообще её углядел? А уже не говорю, как смог попасть в глаз.
Не менее удивлённые стражи помогли Шанти погрузить тушу на верблюда, а Чензир сказал:
– Вижу, меткий ты стрелок. Удивил меня, признаю. Но уговор был и воду отыскать.
Тут он демонстративно обвёл взглядом окрестности, а вокруг был всё тот же тоскливый пейзаж, что глазу не за что зацепиться. Разве что за тёмные точки улепётывающих падальщиков.
– Где антилопы, там и зелень, – ответил ему Шанти, – а где зелень, там и вода. Идём на запад, скоро ты увидишь там дивное озеро и пальмы.
Чензир было рассмеялся, но быстро замолк, заметив, как взгляды его стражей с надеждой устремились в указанную сторону.
Мы продолжили наш путь. Я все вглядывалась в видоискатель, но только через минут десять заметила вдали у горизонта тёмную полосу. Ещё через десять я смогла различить стволы деревьев, что тянутся ввысь, а вскоре под ними показалась синева пресных вод.