Мы шли строго на север, взбираясь то на один бархан, то на другой. Шанти внимательно и подолгу вглядывался в пески, прежде чем сказать:
– Вот они.
Теперь и я увидела, как в нескольких сотнях метров от нас зашевелился бархан и из него показалась голова одного верблюда, потом второго, а за ней и пёс вылез наружу.
Я бежала со всех ног, увязая ступнями в песчаном море, пока не достигла места нашего импровизированного лагеря. Верблюды уже успели встать на ноги и поднять на своих спинах навес. Потоки песка сыпались на землю, а из-под этого водопада вылезли Иризи с Чензиром. А Леон? Что с ним?
Я кинулась под навес, но в следующий миг верблюды утащили его на своих спинах в сторону, и я увидела Леона. Он так и лежал возле тюка с раскрасневшимся лицом и не шевелился.
– Лео, – подскочила я к нему и принялась теребить его по щекам. – Лео, очнись. Ну же!
Послышался тяжёлый вздох, и Леон наконец открыл глаза.
– А, Эми, – глянул он на меня и тут же перевёл взгляд на небо. – Что, буря уже закончилась?
Я невольно улыбнулась и ничего ему не сказала. Не хочу, чтобы дрожь в голове выдала меня.
– Что-то я всё пропустил, – приподнялся он и озадаченно оглянулся по сторонам. – Ох, башка раскалывается.
– Это от теплового удара, – поняла я и попыталась уложить Леона обратно на землю. – Ты перегрелся и потерял сознание. Не волнуйся, сейчас я найду, во что налить воду и тебе полегчает.
– Эми, ты просто золотце.
Я только улыбнулась и отправилась на поиски бурдюка. Интересно, что бы сказал Леон, если бы видел, как я убежала из укрытия навстречу буре? Что бы он чувствовал сейчас, если бы демон забрал меня, и я не вернулась к нему? Лучше и не знать. Не только мне, но и Леону.
Когда я добралась до сундука с посудой, то не глядя вытащила первую подвернувшуюся миску. Из неё тоже можно пить. И наливать воду будет удобнее – не расплещется. А вот бурдюк…
Когда мы с Иризи отрыли его из-под песка, то ахнули – он опустел наполовину! Второй бурдюк откапывали уже Шанти и Чензир с посильным участием Гро, но он и вовсе оказался почти что пуст, зато песок вокруг него намок.
– Демоны ушли, но наказали нас! – возопила Иризи и упала на колени, протянув руки к небу, – О, милостивая Лахатми, пришли нам дождь, хотя бы маленькую тучку, молю…
И она принялась чертить пальцем на влажном песке таинственные знаки, попутно читая заклинания, но в ясном небе не появилось ни облачка.
– Теперь я знаю, как погибла армия Келадона, – безрадостно заключил Чензир, ощупывая прохудившийся бурдюк. – Тысячи песчинок вонзались в кожаные мехи воинов, они прорезали в них десятки дырок и лишая армию воды. А те мехи, что не прохудились, горячие ветра высушили и выветрили из них воду. Армия Келадона полегла под этими песками, кто от нестерпимого жара, а кто от мучительной жажды. И мы здесь поляжем.
– Не поляжем, – одёрнул его Шанти. – Мы найдём колодец.
– Колодец? – переспросил Чензир. – Ты верно, лишился ума, полукровка. Где ты видишь в этой пустыне колодцы? Может, под песками? Или за горизонтом, где восходит солнце? Что ты вообще можешь знать об этой пустыне кроме того, что она станет нашей могилой?
Рассвирепевший от собственного бессилия страж вскочил на ноги и даже попытался ухватить Шанти за грудки, а тот и не думал сопротивляться. Шанти просто поднял руку и разжал ладонь, а на ней лежал обрывок эластичной бумаги, или даже кожи, испещрённой иссиня-чёрными буквами.
– Ветер дул с юга и принёс к нам обрывок старой книги. – спокойно объяснил всё Шанти. – Там на юге есть люди, которые эти книги и читают. А если далеко в пустыне скитаются люди, стало быть, они знают, где найти воду.
– Знают, – недобро усмехнулся Чензир, – и я знаю, где. В Хардамаре.
– Ты не прав, – качнул головой Шанти. – Так далеко за водой не наездишься. Да и есть ли нужда всё время водить туда-сюда верблюдов, если помимо воды им нужна и зелень. А её в Хардамаре отродясь не было, ты и сам это видел.
Чензир задумался. Я перевела весь их диалог приободрившемуся после компрессов из мокрого песка Леону, чтобы он был в курсе наших шансов на выживание, а сама подумала: Шанти прав, что толку разоряться и кричать о том, что мы все умрём? Даже если надежды нет, в неё обязательно нужно верить. Верить в то, что на юге есть зелёный оазис с голубым пресным озером. Верить в то, что нам хватит остатков воды, чтобы найти его. Идти вперёд и только вперёд, ведь Нейла не даст нам ступить и шагу назад. А что будет там впереди, уже не важно. Глупо бояться смерти. А терять надежду на жизнь и того глупее. Так я отныне думаю. Ведь я узнала, что волшебная дудочка отгоняет демонов только от тех, кто дорог сердцу музыканта.