Глава 23
Слив остатки воды в единственный уцелевший, хоть и жёсткий после усыхания, бурдюк, мы постарались уйти как можно дальше от места, где нас застала буря, и устроить привал.
Проспав весь день в шатре, перед закатом мы проснулись оттого, что навес над нашими головами куда-то исчез, и жар солнечных лучей вмиг окутал нас с ног до головы.
Оказалось, это оголодавшие верблюды, будто сговорившись, принялись жевать шатёр. Жевали они его с таким упоением, что сорвали с каркаса и утащили к барханам. Мужчины еле нагнали этих бандитов и силой вырвали остатки навеса из их мощных челюстей. Как итог: у нас осталась лишь половина от прежнего шатра. Пожёванная и разорванная. Зато верблюды впервые за несколько дней смогли набить свои желудки.
– Прожорливые чудища! – попрекнул их в сердцах Чензир. – Чтоб вы подавились, ненасытные чучела!
– Не ругай их, – мягко пожурил его Шанти. – Будь их воля, они бы никогда не пошли в эту пустыню. Это мы привели их сюда и обрекли на голод. Посмотри, их горбы обвисли, в их могучих телах не осталось больше питательных запасов. Только вода, но на ней одной долго не проживёшь. Пусть довольствуются половиной навеса, если она придаст им сил идти дальше к Городу Ста колонн. Нам и самим пора спешить туда.
Мы быстро собрали свои пожитки и пустились в путь. Перед отъездом Чензир дал выпить каждому по кубку живительной влаги, и ни каплей больше. А это значит, что этой ночью нам придётся бороться с жаждой и превозмогать себя, чтобы довольствоваться поутру ещё одним кубком воды. Про то, чтобы готовить на воде рис, речи больше не шло. Вся надежда на маринад в консервированных овощах, но и их придётся поберечь до худших времён. Гораздо худших, чем сейчас.
Всю ночь мы двигались на юг, и всю ночь на горизонте сверкали молнии. К нам снова приближается буря? Опять демоны хотят показать нам свою силу? Моя душа не даёт им покоя?
Тревожные мысли не покидали меня до самого рассвета, но за это время ничего экстраординарного так и не произошло. Молнии беззвучно рассекали небо у горизонта, но грозовые тучи даже и не думали приближаться в нашу сторону. Всё было спокойно, и новый рассвет не принёс в нашу сторону клубов пыли и песка. Из-за горизонта просто вынырнуло солнце, подарив нам новую порцию горячего воздуха и удушающего зноя.
От нескончаемой жары у меня уже который день болела голова. И не у меня одной. Плохо было всем, пусть они и не жаловались вслух. А кто не мог говорить, выражал свои страдания частым тяжёлым дыханием и грустным взглядом.
– Эх, старичок, – решил Леон хоть немного ободрить пса, – был бы ты белой масти, тебе бы сейчас было легче. Но радуйся, что ты серый, а не чёрный.
Дальше он принялся говорить ему что-то по-тромски, Шанти тоже вставил пару слов, после чего Гро встрепенулся, закрутился на месте и начал рыть передними лапами яму, да так активно, что песок летел во все стороны. Интересно, что он делает?
Шанти спешился, опустился на колени перед хвостатым другом, провёл пару раз рукой по его спине и снова что-то сказал. Пёс нехотя остановился, посмотрел на хозяина, а потом жалобно завыл. Прямо как в тот день, когда мы только ступили на пески Мола-Мати.
– Что это с Гро? – спросила я Леона, пока Шанти ласками успокаивал пса.
– Чует безнадёгу. Шанти говорит, когда они переходили Санглинорскую пустыню, там хотя бы можно было вырыть лопатой яму и нацедить грязную грунтовую воду. Гро это запомнил, вот и хочет отрыть воду даже здесь.
– А если и вправду попытаться? – загорелась я идеей. – Вдруг под нами протекают грунтовые воды?
– Если и протекают, то очень глубоко. Представляешь, сколько времени мы потратим, если будем копать яму? А сколько сил и пота? Нет, это настоящее безумие, мы умрём возле этого котлована от жажды, но до воды так и не доберёмся. Да и нет у нас лопаты, так что…
Так что, придётся нам идти дальше и искать мифические колодцы. Пусть Шанти и уверен, что они существуют, но с каждым днём я всё сильнее в этом сомневаюсь.
За время вынужденной стоянки Иризи успела вытащить и раздать нам кубки, Чензир осторожно открыл бурдюк и принялся разливать каждому воду. Шанти достал из своей дорожной сумки миску для Гро, но Чензир сказал:
– Нечего расходовать воду на глупое животное. Толку от него и так нет, одни траты.
И он демонстративно отказался наливать воду в собачью миску. Повисла пауза. Шанти буравил Чензира холодным взглядом и наконец сказал:
– Он такое же живое существо. Он не верблюд, ему надо пить.
– Пусть пьёт, если выроет себе яму и найдёт в ней воду.