Отвлечься от мрачных мыслей я смогла только в магазине фототехники. У меня просто глаза разбежались от изобилия товаров. Я была готова смести с полок всё, что вижу, но вовремя смогла взять себя в руки и ограничилась лишь новой камерой, набором объективов, в том числе и телескопическим, штативами из сверхлёгкого материала, чехлом для камеры, если придётся снимать под дождём, сумкой для всего этого богатства, а ещё несколькими ящиками плёнок, бумаги и эмульсии.
Стиану пришлось побыть моим переводчиком, пока я объяснялась с продавцом. Потом он был грузчиком, когда настало время ловить такси и везти покупки в отель.
– Я заеду за тобой в пять, – предупредил он, когда я села в машину и назвала водителю отель, где остановилась.
– Зачем такие сложности? Просто скажи адрес, и я сама приеду.
Стиан потупил взор и сказал:
– Это загородный дом в часе езды от Флесмера. Всё же мне будет спокойнее, если ты поедешь со знакомым человеком.
Ах вот оно что, обещание оберегать и заботиться всё ещё в силе.
– Хорошо, заезжай. Буду ждать.
– И я.
На этом я захлопнула дверцу, и машина тронулась. На подступах к отелю меня внезапно пронзила мысль – я ведь не могу явиться на праздник с пустыми руками. Но что подарить? Надо было спросить Стиана, ему ведь лучше знать, что по душе его матери.
Целый час я ломала голову над этой загадкой и решила, что раз виновница торжества меня не приглашала и моё появление для неё уже будет приятным сюрпризом, можно ограничиться цветами. Например, корзиной лилий и сарпальских орхидей. Надеюсь, цветы с далёкой родины ей понравятся.
В назначенный час я спустилась в фойе и на одном из диванов заметила Стиана с газетой в руках. При виде меня он тут же отложил её, принял из моих рук корзину, и мы поспешили покинуть отель.
На парковке нас ждал просторный седан и Гро на заднем сидении. Я устроилась впереди и осмотрелась. Потёртые сидения, приборная панель в царапинах, дыра в обшивке на потолке. Такое ощущение, что машине лет двадцать, если не больше. И это всё, что может себе позволить самый удачливый шпион империи? Хотя, к чему этот снобизм? Я и сама долгое время могла позволить себе только такси и автопрокат.
– Уютный автомобиль, – как бы между прочим сказала я, когда мы выехали на проспект. – Давно им управляешь?
– Только когда кузен Эмиль уезжает в командировку на север и оставляет мне ключи.
– Так это не твоя машина?
– Нет, – совершенно спокойно отозвался Стиан. – Свою пока не приобрёл. Зачем она мне сейчас, если я по полгода провожу вне дома, а на работу могу за пятнадцать минут доехать на трамвае?
Зачем? Хотя бы для того, чтобы продемонстрировать свой статус и возможности. Или доктор Вистинг просто шифруется и делает вид, что на зарплату обыкновенного учёного даже такую развалюху не приобрести? Ну, или ему и вправду не нужен автомобиль.
– Расскажи мне о своей маме, – предложила я, чтобы скоротать время в пути. – Твой дядя Биджу говорил, что её приютила тромская семья, а потом увезла во Флесмер.
– Да, примерно так всё и было.
– А сколько ей тогда было лет?
– Три или четыре. Точнее здешние врачи не смогли определить. Даже тётя Джия не помнит, сколько ей самой было лет, когда маму увели из деревни.
– Три или четыре, – задумалась я. – Она же была крохой. Она хоть что-нибудь помнит о сарпальской жизни?
– Очень мало и обрывками. Язык она уже не знает. Никаких сарпальских обычаев и ритуалов в приёмной семье, разумеется, не было. Мама выросла тромкой, получила тромское образование. Из сарпальского в ней осталась только внешность.
– Понятно. А скажи, как она познакомилась с твоим отцом?
Мне и вправду было интересно, как коварное семейство Вистингов заполучило в своё распоряжение бедную сиротку, оторванную от корней и родной семьи. Но вряд ли Стиан скажет всё, как оно было на самом деле. Может, он и сам не знает всей правды о союзе своих родителей.
– Мой отец – большой любитель охоты. Раз в год он ездит в одни и те же угодья. Так получилось, что мама приехала туда же по семейным делам вместе с кузеном. Так они с отцом и познакомились.
– Ясно. А что за кузен? Та тромская семья взяла на воспитание не только твою маму, но и её двоюродного брата?
– Нет, кузен – это племянник её опекуна. Маму приняли в свою семью очень хорошие люди с большим сердцем и широкой душой. Они для неё намного ближе родных братьев и сестры. Не говоря уже о двоюродных и троюродных родственниках.
И тем не менее эти хорошие люди с широкой душой без сожаления отдали свою воспитанницу замуж за человека из очень подозрительной семьи. Или они не знали и сотой доли правды об этом клане шпионов?