Наверное, после этих слов я должна была разрыдаться, забрать у атташе билет и умчаться в аэропорт со словами, что я лучше буду прилежной принцессой, чем идиоткой с принципами. Но атташе явно так и не понял, с кем имеет дело.
– У этого малознакомого человека есть пятилетняя дочь. Матери она уже лишилась. Но я точно не стану отнимать у ребёнка отца. Так что звоните Леону Алару и пытайтесь уговорить его задуматься о судьбе аконийской концессии в Чахучане. Может, он и проникнется вашими заботами. А мне вам больше нечего сказать. Хотя нет, есть. Сдайте билет на самолёт, пока за него ещё можно вернуть полцены. Не надо транжирить королевские налоги, они ещё пригодятся концессии в Чахучане.
С этими словами я и покинула кабинет атташе, а затем и посольство.
После нашего разговора меня просто распирало от злости, а внутри клокотала тихая ярость. Просто уму непостижимо – родное королевство в лице представителей разведки мало того, что держит меня за круглую дуру, так ещё и угрожает! С какой стати?! Я им не девочка на побегушках, чтобы выполнять все их сомнительные требования. Ещё и о будущем мне советуют задуматься. Я и без них разберусь, что мне делать со своей жизнью!
Зато теперь я, кажется, понимаю, почему служба внешних связей так настойчиво убеждает меня предать Стиана – у них нет других кандидатов для этой миссии. Скорее всего, они уже обращались к Леону, но он наверняка сказал им то же, что и я сейчас – дочь не должна остаться без отца. Леон ведь бывал в империи, виделся со Стианом. Наверняка ему известно и про существование Жанны. А вот я ничего не знала и по глупости согласилась участвовать в интригах против Стиана. Если бы мне хоть кто-то сказал про Шелу и малышку Жанну, я бы в жизни не пошла на это. Хотя бы ради Шелы Крог я бы никогда не предала её сына, каким бы ужасным человеком он ни был. Вот поэтому меня сегодня так настойчиво и выпроваживали домой – надеялись, что я ещё не успела познакомиться с семьёй Стиана и проникнуться симпатией к его матери и воспитаннице.
Разведка вообще не планировала, что я появлюсь здесь. Такое ощущение, что кто-то донёс им о нашей со Стианом ссоре. Леон случайно обмолвился? Или моряки с сейнера разболтали? Уже не важно. Главное, что Юрсен с Эртелем крупно просчитались. Былая обида не заставит меня пойти на подлость. И становиться послушным инструментом в чужих играх я точно не собираюсь. Единственное, что я могу сделать, так это пресечь то, что чуть было сама не натворила.
– У меня к тебе деловое предложение, – сидя вечером в ресторане и дожидаясь наш заказ, сказала я Стиану. – Выбирай любое место на карте Сарпаля, где ещё не побывал, но хотел бы. Поедем туда вместе. С меня – фотографии, с тебя рассказ о путешествии. Когда вернёмся, издадим книгу в тромделагском издательстве, раз текст будет на тромском. Подпишем эксклюзивный договор – я продаю тебе свои фотографии, ты получаешь гонорар за все напечатанные в будущем тиражи. А я устрою выставку-аукцион из тех фотографий, что останутся у меня. Презентацию книги устраивать не будем, раз ты хранишь инкогнито. Можешь даже подписать книгу псевдонимом. Продажи книге всё равно обеспечит моё имя на обложке. Думаю, такая расстановка сил будет выгодна нам обоим. Ну, что скажешь? Ты не согласен? У тебя есть другие предложения?
Стиан так сосредоточенно на меня смотрел, что я подумала о худшем – он никуда ехать не собирается. А ведь мне нужно увезти его подальше от Фонтелиса и Флесмера разом – на всякий случай, пока Юрсен с Эртелем не умерят свой пыл в желании погубить Стиана.
Я, конечно, могла бы рассказать ему о планах аконийской разведки напрямую. Но тогда мне придётся объяснять Стиану, откуда мне всё это известно, и какая роль в этом деле отведена мне. Хорошо, если он поверит, что я желаю его спасти. А если нет? Если он будет думать, что я уже предала его, согласившись участвовать в играх разведки? Нет, только не это, я не хочу потерять его доверие. Лучше я просто промолчу и попытаюсь ещё раз уговорить его уехать со мной хоть куда-нибудь. Да, так будет лучше и для него, и для меня. Лишь бы он ничего не заподозрил.
– Так непривычно видеть тебя такой прагматичной и предприимчивой, – неожиданно сказал он.
– Это плохо? – насторожилась я.
– Нет, что ты. Просто меня не покидает ощущение, будто вчера я познакомился с новой Эмеран.
– Новой – это с макияжем, укладкой и в платье?
Стиан мягко улыбнулся и сказал:
– И ещё с деловой хваткой. Раньше я думал, что ты тонкая творческая натура, которая может надолго увлечься видами гор и потом в этих же горах заблудиться. В Жатжае ты казалась мне мечтательницей, в Сахирдине – борцом. А здесь ты деловая леди.