– Хочешь, чтобы мы забрали тебя домой?
В словах Стиана проскользнули нотки тревоги, да и я сама с ужасом представила, что будет, если мы приведёт старосарпальца на судно Рагнара. Вдруг он поймёт, что эти тромцы какие-то неправильные тромцы, не те, что в годы его молодости жили в Старом Сарпале. Тогда у нас могут быть проблемы. Не знаю какие, но они точно будут.
– Да нет, – отмахнулся на наше счастье Ирфан. – Что мне там, в Тахиме нынче делать? Там я был простым рыбаком, одним из многих, а здесь я хоть и среди дикарей, но важный и нужный им человек. К тому же семья у меня тут, жена-дикарка, дети-дикарята и внуки-дикарёныши. Куда я от них денусь? Нет, я не про то хотел сказать. Мне ведь чего нужно? Зайди вместе с женой и собакой в нашу деревню, погостите в моём шалаше хоть денёк. А то дикари эти уже слух пустили, что на озере объявился озёрный бог Синлу со своей зверорыбой. Ну, то есть, ты со своей собакой.
– Да? – весело усмехнулся Стиан, – а почему они нас так называют?
– Так глаза у вас обоих голубые как у рыб. Ясное дело, ты по здешним меркам не человек, а божок с чудо-зверем, оба прямиком из озёрных глубин вынырнули, но рыбью суть свою скрыть не смогли, вот и выдают вас глаза.
– Какие замечательные поверья, – восхитился Стиан.
– Это ещё что. Эти дикари и твою тромскую жену приметили, сразу прозвали её Белой Матерью. Это у них богиня белых облаков, проливательница дождей. Ну, так вот, дикари считают, что озёрной бог Синлу влюбился в Белую Мать, похитил её с неба и утащил на озеро, чтобы насильно женить на себе. Они там тебе, случайно, корзины с подношениями каждый день не таскали?
– Таскали. И большое им за это спасибо.
– Ну вот, значит, они хотели тебя уговорить, чтобы ты отпустил Белую Мать обратно на небо, а то без дождей этим дикарям, видите ли, скучно живётся.
– Да? И что же теперь делать?
– Да ничего. Зайдите оба в деревню, погостите у меня денёк-другой. Я сделаю вид, что вроде как подчинил коварного Синлу своей воле и скоро заставлю его вернуть Белую Мать обратно на небо.
– Понятно, – усмехнулся Стиан, – хочешь авторитет свой поднять в глазах людей.
– Ну, а ты как думал? Я же здесь верховный жрец, я, вроде как, должен быть с богами на короткой ноге. Ну, так что, поможешь мне? Ты не переживай, я дикарям вас в обиду не дам. Одно моё слово, и они к вам даже близко не подойдут. Тем более, вы же боги. Вы главное, деревню покиньте до того, как дожди пойдут. А то дикари заподозрят что-нибудь, ещё решат, что не настоящая Белая Мать с тобой пришла.
Тут он снова бросил на меня взгляд, и я отчётливо поняла, что мы рискуем, соглашаясь войти в деревню под видом богов. Вдруг, дождь над тропическим лесом прольётся через полчаса? Как это вообще можно предвидеть?
– Ты не бойся, женщина, – видимо, поняв мои сомнения, сказал Ирфан – Я здесь давно живу, приметы ливня знаю, так что, случись что, загодя вас из деревни выпровожу, а этим дикарям скажу, что Синлу внял мне и повёл Белую Мать обратно на небо. Они мне поверят, даже спрашивать ничего не станут.
– Хорошо, – согласилась я. – Мы сделаем, что ты просишь, но только в обмен на эксклюзивные права на съёмку.
– Чего? – насупился он.
– Эмеран права, – поддержал меня Стиан, – мы тебе поможем, но и ты помоги нам. Побудь моим переводчиком. Я очень хочу поговорить с людьми, узнать, как они живут, о чём мечтают, во что верят. А Эмеран в это время будет снимать деревню и её жителей на камеру. Уговори людей, чтобы они ей не мешали, не трогали её оборудование и не убегали от камеры, если она захочет их сфотографировать.
– А чего не уговорить? Уговорю, – охотно согласился Ирфан. – Только пусть меня в таком виде не снимает. Срамота ведь. Лучше я переоденусь. Есть у меня тут один церемониальный наряд из пальмовых листьев, в нём хоть не так стыдно для фотокарточки позировать. Закрыто в нём всё, прилично.
– Забавно, – смеялся Стиан, – ты двадцать лет прожил на этом острове, а всё ещё волнуешься, прилично ли ты выглядишь в островном костюме или нет.