И тут снова начался гвалт. Девушки так рвались к декорации, чтобы возлечь на ковёр с подушками и предстать перед очами сатрапа, что евнухам пришлось их успокаивать и теснить подальше от места съёмок.
– Тебя называют госпожой мастером, – заметил Сурадж, – тебе решать, кто будет возлежать в зелёной комнате рядом с рыжей кошкой.
Какой сложный выбор. Любая из присутствующих здесь девушек продала бы душу, лишь бы сатрап взглянул на неё хотя бы через видоискатель. А в моих руках теперь такая невиданная власть над их желаниями. И будущим. Может, позвать Санайю? Я с ней больше всех дружна, она почти, что моё отражение в сарпальских реалиях, такая же обедневшая аристократка, которая была вынуждена зарабатывать на жизнь собственным трудом. Но ей внимание сатрапа не так уж и важно. Кров и бесплатная пища – вот что её больше всего радует. Внимание сатрапа после печати альбома её точно не обойдёт стороной, а сейчас я, пожалуй, вызову ту, что больше всех страдает от разлуки с возлюбленным, который давно позабыл о ней и больше не вспоминает. Ну, так я ему о её существовании напомню:
– Кирти, подойди сюда.
О, какая же непередаваемая смесь страха и удивления отразилась на её лице. И зависть на лицах остальных девушек.
Кирти смиренно приблизилась к месту съёмки и, потеснив вылизывающуюся кошку, покорно опустилась на ковёр.
– Причешите её и уложите волосы на плечо, – сказала я прислужницам. – Да не на это плечо, а то, что ближе ко мне.
Рыжая шевелюра Кирти очень выигрышно смотрелась на зелёном фоне, шёрстка кошки тоже выгодно сочеталась с бирюзовым платьем. Я пару раз подошла к Кирти, чтобы поправить складки подола, переложить подушки, попросить её снять неподходящую к обстановке нитку бус. А Сурадж всё смотрел на боящуюся даже пошевелиться девушку через видоискатель и, похоже, не собирался сводить с неё глаз.
– Можешь нажать на кнопку, господин, – сказала ему я. – Только плавно и осторожно. И это будет первая сделанная тобой фотография.
Думаю, этот момент, когда я дала ему поиграть со своей техникой, он запомнит надолго. Как и Кирти, что позировала ему и только ему.
Сурадж ещё немного понаблюдал за моей работой, со стороны, посмотрел, как слуги под началом Мехара ещё пару раз сменили декорации, как я работала с новыми моделями, а потом государственные дела напомнили о себе и он удалился из купален.
И вот, в этот же вечер впервые за долгое время сатрап вызвал в свои покои уже успевшую потерять всякую надежду Кирти. Просто замечательно. Может, теперь она хоть немного подобреет и перестанет на всех огрызаться.
Ночью я снова видела тревожный сон о Стиане. Мне казалось, что он рядом со мной, что я чувствую его боль и тоску. И в то же время он был где-то далеко, и я не сумела расслышать ни одного слова, что он мне говорил.
На следующий день съёмки в купальнях продолжились. Сеюм озадачил меня тем, что привёл в гарем трёх новых наложниц. Одна из них оказалась служанкой, которую сатрап приметил вчера во время съёмки и пожелал увидеть в своей опочивальне. Две другие прибыли из города на замену погибшим девушкам из древних и уважаемых семей. Теперь младших наложниц было двадцать шесть. А должно быть двадцать семь, если верить Шрии и той арифметике, которую она мне некогда изложила. И это навевает закономерный вопрос:
– Господин Сеюм, когда ты известишь род Гулзор, что от них снова требуется девушка для гарема?
– О чём это ты? – изобразил он непонимание, которое уже начало меня раздражать.
– Арчана из рода Гулзор, – напомнила я, – привела к тебе меня вместо своей дочери Ниты. Скоро я закончу свою работу во дворце, и господин Сурадж отпустит меня домой к моему жениху, а ты должен будешь подобрать мне замену. Так найди её прежде, чем я уеду. Я успею сделать её снимок, и тогда альбом будет полным и завершённым.
– Да-да, я подумаю над твоим предложением.
– Что тут думать? Надо просто действовать.
– Не учи меня, что мне делать, – резко одёрнул он меня. – Я ведь не учу тебя делать фотопортреты.
На этом старший евнух удалился, а я ощутила, как внутри меня клокочет злоба. Что-то здесь не так, Сеюм мне что-то недоговаривает. Он что, готовит для меня ещё один заказ от сатрапа? Портреты детей, снимки дворцовых интерьеров? Я что, задержусь здесь ещё на пару месяцев? Нет, у меня нет столько свободного времени. Стиан ждёт меня на воле. Я чувствую, что очень нужна ему, что без меня ему очень плохо. Может, он даже в опасности…
Эта скверная мысль не давала мне покоя весь день. За ужином я на автомате отправляла в рот всё, до чего дотягивалась рука, и всё думала, думал, думала… Пока не раздался пронзительный женский визг: