– Ты оказалась очень важной для Сураджа добычей. Так что мне было несложно возвести тебя в наложницы. Но он чуть не спутал мне все планы, когда вознамерился увезти тебя из дворца. Но ты как истинная любимица богини не поддалась на его уговоры и осталась здесь. Без единого моего слова ты чувствовала, что твоё предназначение – послужить благому делу в память о царице Генетре. Теперь твой час настал. Бери сосуд с её головой, и идём к тайному выходу. Кони уже осёдланы и ждут нас в квартале мясников.
– Так, стой. Подожди, – осадила его я. – У нас есть свои лошади и они ждут нас в квартале гончаров. И вообще, при чём тут я? Это голова твоей правительницы, ты её и бери.
– Не могу. Однажды я убил женщину, и этот грех навеки лёг на мои плечи. Его можно загладить, но нельзя смыть. Если я приближусь к голове мудрой и славной царицы Генетры, сила, заключённая в ней, покарает меня, как сама Генетра при жизни карала всех обидчиков женщин. Ты же видела, как светятся её глаза, стоит мужчине приблизиться к ней. Если я возьму сосуд, то проживу недолго. Я успею добраться до Барията, но там же и испущу дух, когда передам голову царице Алилате. Думаешь, почему Сурадж хранит голову своего врага не в личной казне, а в казне своей старшей жены? По той же причине. Только женщине нечего опасаться, когда рядом с ней останки верной служительницы Камали. Именно поэтому я привёл с собой во дворец свою помощницу, что умерла. Я должен был найти хранилище, она должна была вынести голову Генетры из дворца. Но моей помощницы больше нет. Признаться честно, я хотел подговорить на побег любую другую девушку, лишь бы она всем сердцем хотела покинуть это место в обмен на право стать охранительницей головы Генетры. Сначала я подумывал о сделке со Шрией, но как только во дворце появилась ты, я понял, что лучшей замены моей помощнице и не сыскать. Пусть мы с тобой разных кровей, но дух наш един. Дух, укреплённый красной магией и благословением Камали. Сама Генетра подала мне знак, что принимает тебя и согласна оказаться в твоих руках. Никогда раньше она не испускала зелёный свет из глазниц, пока к ней не приблизилась ты. Зелёный – это цвет твоих глаз. Значит, ты выбрана быть хранительницей и посыльной. Так исполни же своё предназначение – верни голову царицы Генетры в её родной город. Я ведь слышал, ты хотела ехать со своим помощником в Румелат. Так едем же туда все вместе. Что ты собиралась делать в Румелате?
– То же что и в Шамфаре – делать снимки улиц, храмов, дворцов, чтобы потом показать их тромской публике.
– Значит, Красная Богиня благоволит тебе, – рассмеялся он. – Хочешь фотографии дворцов? Царица Алилата разрешит тебе снимать свой дворец изнутри, если ты принесёшь ей голову её тётки Генетры. Она осыплет тебя золотом за твою услугу. Ты станешь старшей жрицей Камали, твоё имя останется в веках, тебя будут помнить, как белокожую охранительницу останков Генетры. Тебя будут чествовать и любить. В Барияте о тебя сложат песни и…
– Ладно, я поняла. Пожалуйста, хватит, – сказала я и отвела Стиана в сторону, чтобы спросить:
– Что ты обо всём этом думаешь?
– Только то, что перед нами самый настоящий сектант с помутнённым на религиозной почве рассудком.
– И что нам теперь делать?
– Знаешь, вначале я очень сильно сомневался, стоит ли верить в добрую волю Сеюма, когда он только предложил нам бежать не через прачечную, а другим путём. А теперь, когда мы узнали его мотивы, я могу сказать однозначно – нам стоит ему довериться.
– Сектанту? – с нажимом напомнила я.
– Именно. Потому что только сектант будет следовать строго определённому ритуалу. Ему нужно вернуть голову Генетры в Барият, да ещё и с твоей помощью? Не вижу причин отказывать ему. Он сдержит своё слово, потому что так угодно его богине. Он точно выведет нас из дворца и проводит до столицы Румелата. Потому что он в этом кровно заинтересован. И в одном наши интересы совпадают.
– Мы все хотим поскорее выбраться отсюда.
– Точно. Но если ты боишься мертвецов и голов колдуний-камалисток, то…
– Я переборю свой страх, – пообещала я. – Ради нас я готова и не на такие жертвы.
Стиан мягко улыбнулся мне и, если бы не Сеюм рядом, то точно бы поцеловал. Но он так трепетно держал мою руку в своей, что я явственно ощутила – вместе мы всё преодолеем. Мы на верном пути. Осталось только сказать Сеюму:
– Веди нас к своему тайному ходу.
– Но из квартала мясников поедем в квартал гончаров, – предупредил его Стиан. – Нам надо забрать наши вещи у одного доверенного человека и дать ему знать, что с нами всё хорошо.