Камалистки из пустыни Мола-Мати, что спустились вместе со мной в чрево Города Ста Колонн и вынесли оттуда кучу золотых монет – да это же они! Кажется, тогда сестрицы сказали, что отдадут деньги другим камалисткам и царице на борьбу с Сураджем. Неужели, они сдержали своё слово?
– Что, сестрица, плохо тебе? – раздался над головой задорный голос одной из них.
– Слышишь в своей голове голос Генетры? – подхватила её слова другая. – Может, сейчас начнёшь ещё и прорицать от её имени?
Из последних сил я пару раз отрицательно мотнула головой, на что сестрицы заключили:
– Какая-то ты неправильная сестрица. Не любишь песни Красной Матери. Но ничего, ещё наслушаешься их на пиру. Тогда они точно тебе понравятся.
А потом я ощутила, как две сестрицы хватают меня под руки и ведут вниз по ступеням. Двери храма уже отворились, а красное сияние вырвалось из святилища и выплеснулась на людей, стоящих на площади. Крики, стоны и радостный смех затмили остатки моих чувств. Туман окончательно окутал мой разум, и я растворилась в нём, таком вязком и тёмном.
Глава 14
Я так долго блуждала во мгле и безвременье, что на миг поверила, будто я растворилась в этой заунывной музыке, что отдаёт боем барабанов в висках и визгом флейт под черепной коробкой. А может, моя черепная коробка и сама стала барабаном в умелых руках камалистки, и теперь она отбивает на ней знакомый ей ритм?
Странные мысли роились в моём сознании. Мне пришлось сделать над собой неимоверное усилие, чтобы тряхнуть головой и открыть глаза.
Как странно, я думала увидеть залитый красным светом храм Камали, а вместо него перед моим взором предстала совсем другая картина: я сижу в тёмном зале, освещённом лишь факелами и свечами, передо мной длинный стол, полный яств, а за ним сидит так много девушек и женщин, что их и не счесть.
Все они ели, пили вино и о чём-то говорили друг с другом, вот только их голоса слились для меня в монотонный гул, когда я поняла, что напротив меня сидят две сестрицы-камалистки, а справа во главе стола сама царица Алилата.
– Что ты видела? – заметив, что я смотрю на неё, спросила правительница. – Тебе было пророчество? Картины грядущего или прошлого? Говори, я жду.
О нет, кажется, меня здесь и вправду принимают за жрицу. И как теперь объяснить, что в транс я впадаю вовсе не по велению богов, а из-за непереносимости звуков здешней музыки?
– Я? Я, кажется, заснула, но не видела снов. Только пустоту.
– Пустоту? Ты хочешь сказать, что земли Румелов ждёт запустение?
Голос царицы посуровел, а на её лице ясно отпечаталась тень недовольства, и потому я поспешила сказать:
– Нет, я не знаю ничего о будущем Румелата. Я не прорицательница и не умею видеть картины грядущих событий. Я просто хранительница сосуда. А до этого была хранительницей кинжала…
– Шепси и Шукета сказали мне, что ты спускалась вместе с ними в занесённый песками Город Ста Колонн. Почти год минул, как Шепси и Шукета принесли мне свою добычу – золотые монеты и голову ненасытного сатрапа Карибаила. А что добыла в том городе ты?
Я невольно глянула на сестриц-камалисток и поняла, что впервые слышу их имена. Кто из них Шепси, а кто Шукета, я так и не разобралась, и потому поспешила ответить на вопрос царицы:
– Из Города Ста Колонн я привезла домой каменную вазу и самое главное своё сокровище – фотографии древнего города.
– Фотографии? Что это?
Ох, и как я забыла, что румелатцы в отличии от старосарпальцев ничего не знают о благах цивилизации. Всё-таки удалённость от морских портов и торговых путей даёт о себе знать. И как же ей теперь объяснить…
Я невольно коснулась рукой груди и нащупала камеру, что так и висела у меня на шее. Прекрасно, оборудование по-прежнему со мной, а вот остальные вещи остались у…
– Стиан! – молнией пронзила мой разум одна единственная мысль.
– Что такое "Стиан"? Ты говоришь загадками, – отпив вина, сказала царица.
– Мужчина, с которым я приехала в Барият, – задыхаясь от волнения, выпалила я и начала оглядываться по сторонам, но в этом зале были только жрицы с красными лентами и стражи-истуканы с потухшими глазами, что выстроились вдоль стен. – Я была не в себе, я всё пропустила, даже не помню, как меня вывели из храма. А он должен был ждать меня возле входа. О нет, он же потерял меня и теперь места себе не находит.
– Как интересно, – загадочно улыбнулась царица. – Весь день ты похожа на сонную муху, и только имя какого-то мужчины заставило тебя оживиться. Кто же он такой, раз ты боишься его огорчить?
Что-то недоброе проскользнуло в её взгляде. Кажется, скоро меня разоблачат как недостойную жрицу, которая не только не может предсказывать будущее, но ещё и о мужчине переживает. И как мне теперь узнать, где Стиан, и при этом не накликать на нас обоих беду?