Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я раз пять споткнулась о невидимые препятствия и бесчисленное количество раз взмахнула руками, чтобы закрыться от летающих монстров и стряхнуть с себя противных рептилий с насекомыми.
Я чувствовала, как кровь бежит по оцарапанной коже, как жуки шевелятся за пазухой, как Гро идёт следом и жмётся к ногам, а этой комнате ужасов всё нет конца. Новая атака летучих тварей заставила меня в ужасе завопить и взъерошить волосы, лишь бы вытрясти оттуда всех шевелящихся и жалящих существ. А потом я упала на пол и сжалась в комочек, желая лишь одного: стать маленькой, незаметной, и чтобы больше меня никто не кусал.
Мягкий шерстяной бок коснулся моей щеки, и я поспешила притянуть Гро к себе. Кажется, ран у него нет, только крупные насекомые запутались в шерсти. Ладно, вытащу их, облегчу ему жизнь, а он прикроет меня своим мощным телом …
Нет, так нельзя. Сколько ещё времени мы должны томиться в этом зверинце? Я поняла, меня наказали за неверие и несоблюдение обрядов, но что толку, если я просижу тут весь вечер, всю ночь или неделю? Кому от этого станет легче? Садистке Акане за дверью? Самой Камали? Или даже царице?
– Чёрная Мать, прости и защити меня. Отгони всех тварей, укрой меня своим материнским крылом.
Да, я произнесла это, надеясь, что Акана услышит и откроет уже наконец эту проклятую дверь. Но прошла минута, за ней другая, но ничего не произошло.
– Я беззащитна и взываю о помощи, – уже громче повторила я. – Чёрная Мать, молю, спаси меня!
И снова ничего. А тем временем очередная ползучая гадина подобралась к нам с Гро и угрожающе зашипела.
– Чёрная Мать, прости мне моё маловерие, – отскочив от опасной гадины, снова взмолилась я. – Я была невежественна и глупа. Ты одна истинная заступница и наставница для всех женщин. Ты одна вершишь справедливый суд и даруешь справедливое воздаяние. Без тебя Румелат давно бы пал. – Тут очередной жук пробежал вверх по моему бедру, и я ещё громче завопила, – Смилостивись, Чёрная Мать, прости и защити меня! Я впускаю тебя в своё сердце, одну лишь тебя впускаю!
И снова тишина. Проклятье, да что же ещё нужно пообещать этой шестирукой людоедке?
– Я впускаю тебя в своё сердце и отрекаюсь от всех прочих богов! Я отрекаюсь от лживых учений и поклонения мужчинам. Отныне только тебе я вверяю своё сердце! Одной тебе отдаю свою душу! Клянусь! Я твоя, Чёрная Мать, прими же меня, свою глупую дочь!
И тут скрипнули петли. Чудо свершилось – дверь отворилась!
Гро со всех лап рванул к спасительной полоске тусклого света, и я поспешила за ним. По дороге я протопталась по чему-то склизкому и толстому, но всё же вырвалась в коридор.
Акана стояла возле двери и с премерзкой улыбкой изрекла:
– А ты долго продержалась. Другие вверяли свою жизнь Чёрной Матери куда быстрее и охотнее. Что, так было тяжело расставаться с душой и сердцем?
Вот ведь стерва… Ну, ничего, я ещё с тобой поквитаюсь.
Я утёрла влажный лоб и поняла, что не пот сочится по вискам и переносице, а струйки крови. Всё-таки меня исцарапали когтями… О боги, а мои ноги… На них же живого места нет от мелких красных точек и вздувшихся шишек. Проклятые насекомые меня знатно искусали…
– Гро? – вспомнила я о псе и начала озираться по сторонам. – Где ты? Ко мне!
– Трусливый пёс умчался словно заяц. Удивительно, я думала, он взбесится и сам покусает тебя, но он действительно очень верен людям. Иди, найди его и возвращайся в свои покои. И не забывай о своём обещании, данном в святилище гадов возле алтаря крыс, иначе они прибегут и приползут к тебе и покарают за клятвопреступление. Где бы ты ни была, как долго бы ты ни пряталась от возмездия. Чёрная Мать не терпит обманщиц и всегда возвращает долги сполна.
– Да… Я знаю. Я всё поняла. Я буду верной служительницей Камали. Теперь я могу идти?
– Иди, – разрешила она, – Хотя стой. Где твой кинжал? Где единственная вещь, что даёт тебя право называться жрицей Камали?
И вправду, где он? Я ощупала рукой ножны и поняла, что они пусты. А потом я вспомнила, как отмахивалась кинжалом от ужасных крылатых тварей и едва не ранила Гро.
– Кажется, я его обронила.
– Так иди обратно и отыщи его, – было мне чёткое указание.
О нет, только не туда…
Мне так не хотелось возвращаться в эту мерзкую комнату, что я была готова отказаться и от кинжала, и от звания жрицы. Но стоило мне глянуть на порог, как блеск металла тут же бросился в глаза. Кинжал лежал у самой двери, будто я его там и оставила… или же он снова начал преследовать меня. Неужели клятва Камали подействовала, и колдовство снова в силе? Проклятье, не надо было отрекаться от мужчин и обещать свою душу кровавой богине. Теперь она меня точно не отпустит. Прирежет этим самым кинжалом, если заподозрит в отступничестве. Или Стиана, когда я его найду и…