Новая династия… Где-то я это уже слышала. Кажется, у Алилаты появились конкуренты.
– Ничего не выйдет, – сказала я Кинифу. – Простые люди не примут сахирдинца как своего нового царя. Они верят в некое пророчество, где сказано, что Запретный остров уйдёт под воду, если род Сарпов пресечётся.
– Деревенские сказки. Но ты их плохо знаешь, миледи. Ещё говорят, что Запретный остров расколется на части, если царь помрёт, а нового избрать не получится. Сейчас, когда все сыновья верховного царя ушли вслед за ним в мир Вечной Услады, люди затаились в тягостном ожидании. Кто-то ропщет, что стихия вот-вот поглотит столицу, а кто-то вспоминает другое пророчество – о последнем царе. Говорят, его пошлют людям боги. Мать последнего царя будет обитательницей Небесного дворца, а отец – простым смертным. Богиня-мать научит своего сына искусству, а враги отсекут ему один палец, за что он получит прозвище Четырёхпалый. Согласно пророчествам он станет последним царём, а потом настанут другие времена. Какие именно, никто точно не знает. Кто-то говорит, что Запретный остров при правлении Четырёхпалого непременно потонет. Что ж, тем лучше. Выдадим Шанти за последнего царя, переправим его на Запретный остров, а там сахирдинская свита разнесёт слух, что он хочет отдать всю свою власть вместе с печатью Сарпов Муазу-адж Фершиду, чтобы обмануть богов и не дать пророчеству о гибели острова исполниться. А что, жители столицы будут только рады такому известию и с радостью примут Муаза как нового правителя, который избавит их от безвластия и предвестника всяческих бед по прозвищу Четырёхпалый.
– Какая чушь, – только и оставалось сказать мне. – Никто на это не купится.
– Ты плохо знаешь сарпальцев, миледи. Жители Шамфара же как-то поверили, что Шанти живое воплощение Великого Сарпа, и поэтому надо гнать Сураджа прочь из столицы. Эх, если бы старосарпальцы не разнесли слух, что новый сатрап-искупитель высокий полукровка с голубыми глазами, я бы забрал у Шанти печать и сразу отдал бы её Муазу, а Муаз въехал бы с ней на Запретный остров как настоящий царь-искупитель, победитель Сураджа и освободитель угнетённых. Но люди будут ждать на Запретном острове царя-полукровку, значит, они должны его получить. И ещё эти пророчества… Ну, за сына богини Шанти выдать несложно, тут даже и врать не придётся. А вот на счёт Четырёхпалого… Может, отрубить Шанти палец для большей правдоподобности?
– Что?! – пришла я в ужас от услышанного. – Нет, не делай этого! Не надо! Прошу, дай мне увидеть Стиана. Я поговорю с ним. Я уговорю его отдать тебе печать. Или тому Муазу. Стиан сделает всё, что хочет ваш сатрап. Только не делай ему больно.
– А его и не надо уговаривать, – недобро усмехнулся Киниф. – Он уже готов и поехать на Запретный остров, и отдать печать Муазу-адж Фершиду. Он согласен на все наши условия. Но в замен просит кое-что.
– Что? – затаила я дыхание.
– Чтобы тебя отвезли к нефтедобытчикам и дали улететь на самолёте ко Флесмер. Ну, или проводили до Шамшира и посадили на тромский корабль. Он говорит, что не сдвинется с места, пока ты не окажешься во Флесмере и там тебе не окажут медицинскую помощь. Бедняга, он всё ещё думает, что тебя отравили. Даже и не знаю, как ему сказать, что ты теперь носишь под сердцем ребёнка.
С какой-то странной интонацией он произнёс это, а я поняла, что должна действовать:
– Тогда пусти меня к Стиану, и я уговорю его не ставить тебе и Муазу никаких условий.
– Ты же понимаешь, миледи, что сатрап Ариф не отпустит тебя из Альмакира, пока Шанти не окажется на Запретном острове и не передаст власть его сыну. Ну, или пока ты не родишь дитя.
– Почему? – спросила я, а сердце сжалось от страха. – Что сатрапу нужно от моего малыша?
– Если родится девочка, то ничего. Будь у тебя дочь, вас тут же отправят в Шамшир к первому же проплывающему мимо тромскому кораблю. А если будет мальчик… Ну, ты же понимаешь, что пока царская власть не перешла в руки рода Фершид, твой сын будет ещё одним претендентом на царский трон как наследник сатрапа. И никто до той поры не позволит тебе увезти его во Флесмер. Арифу-джах Фершиду не нужно, чтобы наследник Сураджа стал марионеткой в тромских руках и удобным предлогом для них захватить Запретный остров.
– Ты что такое говоришь? – пришла я в ужас. – Это ребёнок Стиана, а не…
– Говори что хочешь, миледи, – ехидно усмехнулся он, – и это после месяца, что ты провела в гареме Сураджа. Можешь даже попытаться убедить в этом Шанти, вдруг он поверит.