Долгий ночной переход через пустыню, затянувшиеся утренние сборы и убаюкивающее покачивание лодки заставили меня вскоре заснуть на плече Стиана. Когда я открыла глаза, вокруг плескалось тёмное море, над головой серело хмурое небо, а за бортом проплывали охапки грязно-коричневых водорослей.
– Земля уже близко, – известил меня Стиан.
Я и сама успела заметить чёрную полоску суши впереди и уже предвкушала, что скоро мы пристанем к берегу, и я смогу размять затёкшие ноги. Я даже потянулась к верёвке, чтобы отвязать её от своей лодыжки, но тут же услышала окрик стража:
– Не сметь!
Какой же дурак... Ну, куда я уплыву отсюда? Разве что к тому самому острову, куда и должна пристать лодка.
– Я хочу взять свои вещи из сумки, – известила я и потянула верёвку на себя, чтобы достать до сумки.
– Ничего не трогай! Сиди и жди!
Так мне и не удалось достать камеру и заснять морские просторы с борта лодки. Единственное, чем мне удалось занять себя в томительном ожидании берега, это запустить пальцы в шерсть притулившегося между мной и Стианом Гро и начать поглаживать его.
Наконец мы высадились на пляже, закиданном ошмётками морской капусты и ползающими между ними крабами. Небо начало стремительно чернеть, и стражи вместе со слугами принялись разводить костры и вытаскивать со дна лодок свёрнутые полотнища и шесты для шатров. Пока все обустраивали лагерь на пляже, джандерцы выволокли лодки из воды и направились к кромке леса. Там в зарослях ютились деревянные хибары, явно сколоченные на скорую руку. Туда-то и юркнули разбойники-мореплаватели, чтобы заночевать. Мне же совсем не хотелось идти спать под душный свод шатра, меня манил морской бриз и шум волн.
– Куда собралась, женщина? – услышала я суровый голос одного из стражей.
– О, вот ты-то мне и поможешь, – уверенно заявила ему я, и полезла в дорожный баул, чтобы вынуть оттуда складной штатив с сумкой для объективов и вручить их озадаченному надзирателю. – Неси к морю и жди моих указаний.
Повесив на шею камеру, я ещё раз глянула на этого истукана, а он, кажется, никуда идти и не собирался. Эх, стражи Алилаты были куда послушнее…
– Ну же, иди за мной. Поможешь установить камеру. Заодно будешь охранять меня от диких животных, пока я работаю. Что ты так на меня смотришь? Я же не сбегать от тебя собираюсь.
С этими словами я направилась в сторону прибоя. Растерянный страж всё же последовал за мной, явно не понимая, чего от меня ждать. А я попросту остановилась в двадцати метрах от лагеря и принялась выбирать точку съёмки. Мой страж остановился рядом и замер. Пришлось отобрать у него штатив, расправить телескопические ножки и закрепить камеру, направив её на костры у лагеря.
– Госпожа, как ты заставила эту железную палку вырасти? – заворожённо спросил он.
– Это волшебство, – не желая вдаваться в подробности, кинула я.
– А что за коробку ты на неё поставила?
– Оберег от злых духов. Куда я его направлю, там будет властвовать благодать, и зло обойдёт это место стороной.
– А что за бутыль без горлышка ты к ней прикручиваешь? – указал он на съёмный объектив.
– Усилитель благодати. Чтобы она разлилась по всему пляжу и даже лесу.
Про тросик он, к счастью, спрашивать меня не стал, и я занялась съёмкой. Надеюсь, сидящие у ночного костра люди не будут резко двигаться и пятнадцатисекундной выдержки хватит, чтобы кадр не получился слишком тёмным.
– Госпожа! – внезапно отвлёк меня взволнованный голос стража, – Туда! Туда направь коробку благодати! Прогони злого духа!
Я не сразу поняла, в чём дело, что его так напугало, а когда проследила за направлением его взгляда, то заметила вдали странную фигуру.
Вдоль линии прибоя в нашу сторону двигалось нечто долговязое, тёмное и со светящимся кругом вместо головы. Голубые огни так красиво переливались во тьме, что я невольно замерла, залюбовавшись этим зрелищем.
– Госпожа! Госпожа, – окончательно струсил бравый страж, – направь же коробку! Отгони злого духа!
Боясь моргнуть и потерять это чудное явление из виду, я повернула камеру и направила её на светящуюся фигуру. Огни костра отражались бликами от её смуглых рук и светлого одеяния до пят. Кажется, это человек. Точнее девушка. Крайне миниатюрная девушка. Или даже девочка. Вот только почему её копна густых курчавых волос испускает голубое свечение?