– Говори-говори, – ухмыльнулся советник. – знаю, что у тебя на уме. Хочешь сбежать при помощи этих одичавших варваров. Даже не думай.
Стиан ничего ему не сказал – он просто направился к шатру, где укрылся Муаз и зашёл внутрь. И десяти минут не прошло, как он вышел наружу, а вслед за ним выбежал будущий царь и объявил:
– Все, собирайтесь! Мы отправляемся с визитом в затерянный город жрецов Инмуланы!
Поднялась суета, стражи и их начальник принялись обсуждать, кто останется в лагере присматривать за лодками и джандерцами, а кто вместе с раздухарившимся Муазом и его свитой отправится к островному поселению.
– Что ты ему сказал? – спросила я Стиана, пока мы наблюдали, как слуги складывают один из шатров, чтобы на своих плечах нести его вместе с перинами и сундуками до самого поселения.
– Муазу? Да так, намекнул, что на этом острове живут хранители древних традиций и сакральных знаний, и если заручиться их поддержкой, то на Запретный остров Муаз может прибыть не просто в статусе царя на замену, а как истинный правитель Сарпаля, помазанный на царство истинными жрецами Инмуланы, чья преемственная линия восходит прямиком к первым жрецам богини-кошки, что жили во времена самого Великого Сарпа. Представляешь, как он загорелся идеей получить их благословение и какую-нибудь вещицу из храма, чтобы продемонстрировать её на Запретном острове вместе с печатью Сарпа?
– Да, теперь я понимаю, – рассеяно сказала я, ибо мои мысли уже были заняты совершенно другим.
Свита Муаза собралась в путь так быстро, что я и опомниться не успела, как мы все двинулись вслед за делегацией островитян вдоль пляжа в сторону едва виднеющегося вдалеке мыса.
Всю дорогу вождь о чём-то переговаривался со Стианом и с интересом поглядывал то на Муаза, то на его советников и слуг, а потом снова о чём-то спрашивал Стиана.
– Что он хотел узнать? – поинтересовалась я, когда вождь отошёл в сторону и начал на ходу что-то объяснять своим барабанщикам.
– Спрашивал, будет ли удобно нашим слугам переночевать в странноприимном доме, когда мы доберёмся до поселения островитян.
– Нашим слугам?
Тут он и сам обернулся, чтобы глянуть на Муаза и семенящих за ним жён, а после шепнул мне по-аконийски:
– Старейшина думать, ты и я – боги из Небесный Дворец, а все прочие – наши земной слуги. Я его не становился переубедить.
Боги и их земные слуги? Умно. А Стиан хитрец, впрочем, я всегда об этом знала. Но узнает ли Муаз? Вряд ли. Стиан придумает, как "правильно" перевести ему речи вождя, и какой островной обряд выдать за ритуал посвящения в истинные цари. Интересно, этот дурак Муаз удовлетворится бусами из ракушек в качестве символа древней царской власти? А его окружение будет помалкивать, даже если что-то заподозрит?
Мы всё шли вдоль пустынного пляжа, а мою голову стали посещать совсем иные мысли. Скоро я увижу Лориана. О боги, как же долго мы не виделись. Мне столько нужно ему рассказать. Про то, как без него мне пришлось стать маркизой Мартельской, как мы расстались с Леоном, и я нашла свою истинную любовь… А ещё придётся рассказать, что мы с мамой окончательно рассорились, что отца не стало, и теперь Лориан просто обязан вернуться в Фонтелис и принять на себя бремя управления герцогскими землями… Вернее, после моего изгнания никаких арендных земель и винодельческих поместий больше нет – мне пришлось все распродать. Но я верну все деньги со своих счетов Лориану, и он как полноправный герцог Бланшарский сможет купить на них всё что угодно. У него будет свой дом в столице, а не съёмная квартира, он сможет жениться и завести детей… А что, если уже завёл?
Вот это будет скандал, если в столице узнают, что Лориан Бланмартель, пока три года жил на изолированном от внешнего мира острове, взял в жёны сарпальку. Представляю, какие будут пересуды – такой герцогини Бланшарской Фонтелис ещё никогда не видел. Но Лориана вряд ли будет волновать мнение посторонних людей. Если он нашёл свою любовь, он от неё не откажется. Я знаю своего брата, он честный и порядочный человек. Значит, мы заберём с острова не только Лориана, но и его жену и детей. Надеюсь, новая герцогиня Бланшарская сможет привыкнуть к жизни в северной столице. Главное, чтобы столичная знать привыкла к ней. Раз не хотели видеть герцогиней меня, пусть получают другую.
Я успела не на шутку размечтаться, уже распланировала наше триумфальное возвращение в Фонтелис, но тут же отринула все мысли в сторону, когда впереди показались деревянные дома близ леса, и наши провожатые повернули в сторону поселения.