Спустившись, я заметила, что третий этаж не так уж и пуст – здесь лежали вывороченные из панели управления блоки и кусок хвоста. Пара синих запаянных мешков, в которых возят почту, стояли в углу, но кроме них здесь было кое-что совсем нехарактерное для бортового оборудования почтового самолёта. Я нашла объектив – огромную линзу, присоединённую к остаткам громоздкого фотоаппарата. Его назначение я знала – это камера для аэрофотосъёмки. Кажется, автоматическая, делает фиксированное количество кадров в минуту, если её правильно настроить. Вот только что она делала на борту самолёта? Лориан ведь почту развозил, а не занимался воздушной разведкой… Или я чего-то не знаю о брате?
– Лориан, ну где же ты?
На мой зов откликнулся только вождь: он поднялся по лестнице и поманил меня вниз.
Спускаясь на второй этаж, я заметила приколоченные к стене форменные брюки и куртку с именной нашивкой на кармане. В районе груди на куртке красовалась дыра и огромное тёмное пятно. Тревога кольнула сердце, но я не стала впускать в голову дурные мысли, даже когда спустилась вниз.
На земляной площадке башни толпились люди: островитяне и свита Муаза пришли сюда вслед за мной. Будущий царь с недовольным видом крутил головой и вопрошал, когда же ему вручат древние символы власти. Стиан ничего не пытался для него вызнать, он лишь внимательно смотрел на меня, и в его взгляде читалось смятение. Он что-то узнал, услышал от островитян? И это "что-то" может мне не понравиться?
– Бала Мата, Бала Пата даам, – сказал мне вождь и указал на потёртый ящик, что стоял на красном столике у стены напротив входа. – Фот Бала Пата де.
– Что это? – не поняла я. – Ещё какие-то вещи Лориана?
Я обошла толпу и приблизилась к столику. Странно, что я сразу его не заметила. Конечно, я же побежала искать Лориана на верхних этажах, и мне было совсем не до изучения интерьера. Теперь я вижу, что на красном столике стоит компактный ящик, вокруг него разложены гирлянды цветов, а по углам столешницы горят фитильки в масляных лампах. Как же этот стол напоминает алтарь в честь какого-то божества. Странно...
– Бала Пата, – указал на ящик вождь, явно предлагая мне его открыть.
Я подошла вплотную и положила руку на крышку. Ладонь будто кольнуло слабым электрическим разрядом, но я не стала предавать значения неприятным ощущениям и открыла ящик, а там...
Крик застрял в горле, когда я увидела груду покрытых белой краской костей. Они покоились в несколько рядов, аккуратно уложенные одна на другую, а венчал их череп, полностью испещрённый цветными узорами и замысловатыми символами,
– Бала Пата, – повторил вождь, и тут я всё поняла.
Слезы хлынули рекой, и я закричала от отчаяния. Мой Лориан, мой брат – он не выжил! Ну почему, почему я так поздно обрела надежду и тут же безвозвратно её потеряла?
Душа разрывалась на части, и я упала на колени, чтобы припасть к алтарю, на котором все эти годы покоились останки моего брата.
Заботливые руки коснулись моих плеч. И их было так много, и все они хотели погладить меня, провести ладонями по волосам и хоть немного утешить. Теперь и островитянки плакали вместе со мной, будто желали разделить моё горе и забрать из моего сердца хоть толику невыносимой боли. Но их поддержка облегчения мне так и не принесла. Чёрная тоска поглотила меня без остатка, и все вокруг стало таким вязким и серым...
В глаза ударили проблески света, и я очнулась, словно отпрянула ото сна. Башня и толпа людей куда-то запропастились, зато вокруг плескалось море и солнечные лучи пробивались между гряд облаков, чтобы упасть на водную рябь и отразиться от неё мириадами бликов.
Внезапно я осознала, что сижу на корме лодки, в носу столпились стражи, джандерцы суетятся радом с парусом, а напротив сидит Стиан и вместе с Гро очень внимательно смотрит на меня.
– Эмеран, тебе уже лучше? – зачем-то спросил он, и я лишь растеряно мотнула головой. – Пожалуйста, отдай мне короб.
Короб? Я невольно опустила глаза и поняла, что прижимаю к животу ящик с останками Лориана. О боги, что это со мной? Когда я усела взять ящик в руки? Как покинула с ним башню? Давно ли села в лодку? Я ничего не помню, абсолютно ничего…
– Эмеран, всё хорошо, я рядом, я с тобой.
С этими словами он разжал мою хватку и медленно забрал ящик, чтобы поставить его на дно лодки рядом с нашими баулами и пересесть ближе ко мне, осторожно обнять и спросить:
– Ты как? Чувствуешь себя лучше?
– Я… Я ничего не помню, – призналась я и растерялась от собственных слов. – Помню только башню, этот ящик, а дальше пустота. Мы что, уже покинули остров?