— Что-то я не заметил…
Но Марго уже схватила с холодильника большую корзину и постелила на дно чистую салфетку.
— Держи хлеб!
Нейл покачал головой и взял каравай.
— И что мне с ним делать?
— Положи в корзинку, что же еще! Так, вот бананы, яблоки, мандарины… Виноград любишь?
— Люблю, конечно… Слушай, Марго, сейчас ведь еще только май. А здесь, в Беркширах, по-настоящему тепло становится только к августу.
— А это чипсы, — продолжала Марго, не обращая внимания на его возражения. — А где майонез? Майонеза нет… Ну ничего, обойдемся! Так, сыр… Черт! Сыр заплесневел!
Нейл заглянул через плечо, посмотрел на сомнительный сыр.
— Похоже на ту штуку, из которой делают пенициллин.
Марго махнула рукой, срезала плесень и сунула сыр в корзину.
— И еще надо взять…
Марго резко повернулась и наткнулась на Нейла. Она осеклась. Она оказалась так близко к нему, что ее мягкая грудь прижалась к его крепкому, мускулистому телу. Она отступила назад — поспешно и все же недостаточно быстро, вдруг почувствовав себя ужасно беззащитной.
А ее собственное тело оказалось предательски покорным. По жилкам растекалось тепло, и сердце снова колотилось как бешеное.
— Так, что нам еще нужно? — с трудом выговорила она.
Нейл-то прекрасно знал, что нужно ему. У него все тело ныло — так он хотел Марго.
Он напрягся, чтобы стряхнуть с себя наваждение. Даже если он пойдет на случайную связь — а с ним такого не бывало с тех пор, как он кончил колледж, — уж сейчас-то точно не время. Плита с отвалившейся дверцей, остатки суфле, Траффи трется о ноги, прося прощения… Уж сейчас точно не время и не место для романтических отношений.
— Да, салфетки! — сказала Марго. Она была близка к отчаянию, сердясь одновременно на себя и на него.
— Салфетки — и еще соль. Надо непременно взять соль!
Вроде бы где-то в Средней Азии существует обычай есть хлеб и соль с врагом в знак примирения. Только беда в том, что злейший враг Марго — это она сама…
— Пойду принесу одеяло, чтобы было на чем сидеть.
С этими словами она выскочила из кухни. Нейл сурово поглядел на Траффи.
— Видишь, что ты устроил?
Котенок зажмурился и снова потерся о его ногу.
— Думаешь, раз ты такой красавец, тебе все можно? Не обольщайся! Из кошек делают шапки и за меньшие проделки!
Тут вернулась Марго с одеялом.
— Готов?
— Готов. Жду приказов. А приемник зачем?
— Музыку слушать, зачем же еще? Какой же пикник без музыки?
Марго очень гордилась тем, что все смогла предусмотреть.
— Не беспокойся, не в первый раз! Мои бабушка с дедушкой…
— Уж конечно, они круглый год устраивали пикники и в мае танцевали при луне!
И Нейл покорно взял корзину и последовал за Марго — та сбежала по ступенькам, споткнулась о дверцу от духовки и едва не упала.
— Осторожнее. А нельзя ли спросить, куда мы, собственно, направляемся? Тьма кромешная, ни зги не видать…
И тут, словно опровергая его слова, облака разошлись, и показалась полная луна. Вокруг сразу все переменилось. Сад, залитый лунным светом, сделался каким-то волшебным местом.
— Я же тебе говорила, что сегодня полнолуние! — прошептала Марго. — Чудно, правда?
«Чудно — не то слово!» — подумал Нейл. Земля словно светилась, листва на кустах мерцала. Темнота скрывала плачевный вид фонтана, и казалось, что он вот-вот оживет и выпустит вверх струю воды. Даже клумбы, на которых еще не было цветов, казалось, сулили будущую красоту.
Марго направилась к солнечным часам.
— Знаешь, это мое любимое место. Смотри — розы цветут!
Прохладная майская ночь была напоена ароматом цветов. Нейл зацепился рукавом за шипы, поспешно выпутался и бросился помогать Марго стелить одеяло и распаковывать корзину.
— Да, здесь хорошо! — согласился он.
— Не хватает только хорошей музыки!
Марго включила радио, нашла канал ретро, и над садом поплыла песня «Битлз».
— Вот. Теперь все как на настоящем пикнике.
Она достала хлеб, сыр, фрукты. Нейл открыл банки с пивом.
— Ты была права, — признался он. — Пикник — это славная идея. Ну, за Латимер-хауз!
Они чокнулись банками, хлебнули пива, а потом накинулись на еду. Нейл только теперь понял, как он голоден.
— Это от свежего воздуха, — объяснила Марго. — Я на пикниках всегда ела в три горла. Дедушкин дом стоит на невысоком холме, а внизу — долина, заросшая соснами и рододендронами, и в эту пору наш холм весь в цвету. Дедушка Эз говорит, природа — это картинная галерея для бедных.